АзиОпа (из адвокатских историй Владимира Лившица)

А А А

 

В конце двадцатого столетия батайские ученые-криминологи обнаружили интересную закономерность: подавляющее число преступлений против жизни и здоровья совершались в ресторане «Лагуна» или в непосредственной близости от него. Именно из этого места чаще всего поступали сообщения об убийствах, колото-резаных ранениях, сломанных ребрах и челюстях. Явление было, подвергнуто анализу, синтезу, затем снова анализу, но теоретическое осмысление результатов застряло на полпути от конкретного к абстрактному из-за нехватки финансирования. Примечательно, что ресторан располагался в центре города на территории парка культуры и был хорошо виден днем из окон городской администрации, городского суда и городского же отдела внутренних дел. Однако никто из криминологов не связывал обнаруженную закономерность с географическим положением ресторана.

 

Мысль о такой связи однажды после ужина пришла в голову главного редактора местной газеты «Время, вперед!» Фомина. Как пенсионер МВД он много размышлял о судьбах человечества и за одну бессонную ночь смог преодолеть путь от конкретного к абстрактному и обратно. К утру его озарило.

 

***

 

В «Лагуне» часто отдыхала группа ребят, позиционирующих себя, как кружок любителей поэзии имени Михаила Светлова. Они крепко дружили, вели здоровый образ жизни, выступали за все хорошее против всего плохого и вместе тренировались в секции бокса при местном доме детского творчества. Поэт Светлов стал кумиром ребят благодаря произнесенной им крылатой фразе – «добро должно быть с кулаками». На этом, собственно, их любовь к поэзии заканчивалась. Однако ничто не мешало друзьям проявлять доброту при каждом удобном случае. Жители города часто обращались к ним за помощью в разрешении конфликтных ситуаций, а иногда бывало и так, что ребята по собственной инициативе восстанавливали нарушенную справедливость. Не всегда и не все происходило гладко, но до сих пор еще никто из членов кружка не сидел.

 

***

 

Общеизвестно, что граница между Европой и Азией начинается у побережья Карского моря, пролегает по Уральскому хребту и через Каспий по Кумо-Манычской впадине достигает низовий Дона. На уровне глобального обобщения можно утверждать, что это условная линия, которая разделяет мир на Восток и Запад, а, если еще шире – на различные культурные пространства.

 

Фомин допил пиво и вышел на балкон покурить. С третьего этажа хрущевки были видны темные контуры соседних гаражей, проступающие на фоне уже бледнеющего июньского неба, и он понял, что стоит на пороге чего-то очень значительного.

 

Итак, продолжим. Достигнув низовий Дона, азиатско-европейская граница возле Аксайского моста делает плавный поворот на юго-восток до Чемордачки, затем по прямой линии через батайский семафор по дуге Койсуг - Кагальник выходит на берег Таганрогского залива. А дальше - Черное море, Стамбул и Босфор с Дарданеллами.

 

Кое-кто может прервать полет мысли главного редактора бесцеремонным вопросом о том, почему он нарисовал границу именно так. Ответ будет однозначным и четким - почему нет? Через Батайск когда-то пролегал Великий шелковый путь, здесь был штаб хана Батыя и окраина Османской империи.

 

Творческая интуиция и накопленный за годы службы в МВД эмпирический базис давали Фомину основания с большой долей вероятности предполагать, что спорная граница проходит посередине ресторана «Лагуна». Барная стойка, кухня и сортир находятся в Азии, а зал и летняя площадка – в Европе. Приграничная полоса – назовем ее Азиопой, - и является объектом криминологического интереса. В Азиопе стабильность азиатских традиций сталкивается, с разрушительностью европейского прогресса, безусловные догмы конфуцианства соперничают с относительностью либертарианской свободы. В результате действия этих разнонаправленных тенденций возникает сильное трансконтинентальное напряжение, отрицательно влияющее на человеческую психику. Этим и объясняется та интересная закономерность, которую обнаружили батайские ученые-криминологи.

 

Как вы уже поняли, гипотеза Фомина была проста до гениальности и обладала всеми признаками научной новизны.

 

***

 

В тот день, когда на главного редактора Фомина снизошло озарение, была пятница, а это означало, что вечером по телевизору будут показывать бокс. Любители поэзии почти в полном составе пришли в «Лагуну», чтобы своими глазами на большом экране и в хорошей компании увидеть подборку записей боев с участием легендарного Леннокса Льюиса. Одно дело смотреть бокс дома на диване и совсем другое – в кругу понимающих людей, с которыми можно разделить удовольствие от зрелища, обсудить особенности стиля, технику ударов, работу ног, головы и других частей тела.

 

Самым именитым среди зрителей был Гена Бармалей, который в прошлом году стал призером чемпионата Европы среди юниоров в легкой весовой категории. Помимо легкости он обладал силой прямого удара в сто пятьдесят килограммов и необычайной маневренностью на ринге – противнику было трудно в него попасть. Еще были Клепа, Костя Могила, Хобот, а также Дон Педро из поселка Овощной – все перворазрядники и уважаемые пацаны. Последним подтянулся Тимоха – не боксер, но тоже из своих.

 

Ближе к полуночи начался знаменитый бой-реванш Леннокса с чемпионом мира Хасимом Рахманом. Два черных тяжеловеса рубились насмерть. Это надо было видеть!

 

Между вторым и третьим раундом в ресторане появился старший участковый уполномоченный Красников с коллегой из областной инспекции по личному составу. Оба были в штатском и уже хорошие. Они начали за обедом, когда Инспектор проверял отдельные вопросы служебной деятельности Красникова, продолжили в конце рабочего дня, когда проверкой не было установлено существенных нарушений, и в «Лагуну» заскочили уже чисто на посошок.

 

Среди окормляемого населения Красников имел кличку Красаучик. Кличка участковому не нравилась, но в глубине души он был согласен с тем, что действительно красив: обхват бицепса сорок три сантиметра, шея – сорок пять, талия восемьдесят девять, а к росту сто восемьдесят семь от уровня пола можно было добавить еще пару сантиметров ежика напомаженных волос плюс каблук – выходило под сто девяносто.

 

Экстерьер участкового был не традиционным для батайского милиционера, и люди на эту тему болтали всякое. Еще ходили слухи, что он любит малолеток, что бьет задержанных по голове гантелей в валенке и что жаловаться на него бесполезно. Короче, на районе Красаучика никто не уважал, но все боялись.

 

Он вошел в ресторан с азиатской стороны и сразу же столкнулся с бегущим по коридору Тимохой. «Смотреть надо!» – «извините!» – и они разошлись. Тимоха скрылся в туалете, а Красаучик задержался перед зеркалом, поправил помятый ежик и пригласил Инспектора к барной стойке. Еще по пятьдесят - и всё.

 

Начался третий раунд. Леннокс не суетился, красиво перемещался по рингу, а Рахман явно выдохся, и пропустил пару джебов. «Лагуна» ликовала, комментировала каждый эпизод, и это сильно раздражало Красаучика. На его появление никто должным образом не отреагировал, молодежь у телевизора вела себя так, как будто его здесь не было, что само по себе выглядело вызывающе.

 

Пока Льюис бился с Рахманом, Красаучик успел чокнуться с коллегой, дважды укусить бутерброд с семгой и попросил еще два по пятьдесят. И всё. Инспектор, не открывая глаз, кивнул.

 

- Эй, потише там! - участковый решил по-хозяйски навести порядок в зале, пока несли заказ.

 

Возможно, кто-то счел бы это «эй» вполне приличным обращением, но людям, воспитанным на поэзии Светлова, употребленное междометие показалось неуместным в данном контексте. Они почувствовали, как действуют разнонаправленные тенденции: в европейской части «Лагуны» начался четвертый раунд, а в азиатской части два пьяных мужика мешают его смотреть. Индикатор трансконтинентального напряжометра дрогнул и пополз вверх.

 

На второй минуте Леннокс красиво уклонился от перчатки Хасима, а потом, минуя его блок, сделал левый хук в голову противника и в ту же секунду дополнил его правым. Звук был как у груженого вагона на рельсовом стыке. Та-дам! Хасим упал на канвас, народ по обе стороны экрана в едином порыве вскочил с мест. Ай, красавчик!!! Индикатор напряжометра уперся в потолок и рефери начал отсчет. На счет десять Хасим попытался встать и упал. Нокаут!

 

Одновременно Красаучик, услышав свой тайный позывной из уст какого-то дрыща, пришел в бешенство и почувствовал нестерпимый зуд в руках. Он встал и, дожевывая семгу, пошел на врага – костюмчик хьюго поц, бедро шестьдесят восемь, таз сто двадцать, в глазах минус пятьдесят. Гена Бармалей, продолжая правым глазом смотреть повтор нокаута, левым увидел приближающегося бодибилдера с недобрым выражением лица и встал в привычную стойку.

 

Подойдя вплотную к рубежу атаки, участковый уполномоченный со своей недосягаемой высоты посмотрел на легкого Гену, как бы сожалея, о том, что для профилактики административного правонарушения ему придется проучить этого дрыща парой подзатыльников, и сделал широкий замах правой рукой (запястье двадцать в обхвате). По привычному сценарию дрыщ должен был втянуть голову в плечи и зажмуриться, но он, не моргая, смотрел прямо в милицейские глаза. Хозяйская рука пошла вперед, Бармалей отклонился назад и, когда кулак участкового просвистел перед его носом, технично исполнил апперкот правой прямо в гордо выставленный подбородок.

 

Пока Красаучик с тупой механической травмой головы падает на пол, у меня есть возможность поделиться одним жизненным наблюдением. Существует некоторая разница между тем, когда ты даешь подзатыльник человеку, пристегнутому наручниками к стулу, и участием в открытом состязательным процессе на ринге.

 

Участковый уполномоченный Красников понял это лишь после того, как рухнул на пол, роняя по пути недожеванную семгу. Он был настолько удивлен, что даже не пытался встать. Нокаут! Инспектор тоже пребывал в нокауте, упершись лицом в тарелку с бутербродом. Вслед за этим начался пятый раунд, ничем не напоминавший классический бокс. Клепа и Костя Могила, Хобот и Дон Педро из поселка Овощной восстанавливали попранную справедливость ногами, стульями и всем, что попадалось под руку. Это тебе за Леннокса, это тебе за Льюиса, за малолеток и за пацанов с района. Петух гамбургский!

 

Все это время Тимоха сидел на троне, будучи не в состоянии прервать пассаж, и слышал, как радостные крики в зале сменились тревожным шумом и звоном разбитого стекла. Когда он освободился и вышел, любители поэзии быстрым шагом пересекали границу, оставляя за спиной разбитый телевизор, поломанную мебель, оцепеневших официантов и распластанный на полу кусок мяса в штатском. Тимоха понял, что пора валить и присоединился к своим. Вскоре кружок любителей поэзии растворился в темноте парка.

 

Индикатор напряжометра вернулся в исходное положение.

 

***

 

Бригада скорой помощи увезла Красаучика в больницу, а прибывшая оперативно-следственная группа приступила к осмотру места происшествия.

 

Под происшествием имелось в виду следующее: неустановленные лица в возрасте от восемнадцати до двадцати лет, находясь в помещении ресторана «Лагуна», грубо нарушали общественный порядок, выражали явное неуважение к окружающим. Присутствовавший в ресторане участковый уполномоченный Красников, сделал молодым людям замечание, указав им на недопустимость нарушения общественного порядка, однако последние на замечание не реагировали и упорно продолжали свои противоправные действия. После этого Красников представился, предъявив свое служебное удостоверение, и потребовал прекратить нарушение общественного порядка. В ответ на правомерное требование Красникова один из нарушителей нанес ему удар в область лица, причинив закрытую черепно-мозговую травму. Нарушители с места происшествия скрылись, их личности устанавливаются.

 

Вроде бы Инспектор выпил столько же, сколько Красаучик, но бицепс у него был намного меньше, и одинаковое количество коньяка в пересчете на килограмм живого веса дало разные результаты.

 

У Красаучика была средняя степень опьянения, сотрясение мозга и ретроградная амнезия. Он запомнил лишь дрыща, с которым столкнулся у входа. Глаза запомнил, а лицо – нет. Или это было не у входа? Или это был не дрыщ? Хотя, какая разница – все они одинаковые.

 

У Инспектора была сильная степень опьянения, ссадина на носу и избирательная забывчивость. Он тоже припомнил, что какой-то парень умышленно толкнул Красникова в коридоре, неадекватно отреагировал на сделанное замечание, а потом… Вообще-то потом Инспектор ушел в астрал, но логично было бы предположить, что парень отомстил за сделанное ему замечание. Да, так оно и было!

 

Восстановив прошлое, коллеги, тем не менее, разошлись во взглядах на будущее. Инспектор прекрасно знал, как в Управлении относятся к пьяным сотрудникам, получившим в область лица не в связи со служебной деятельностью. Хрен уже с этими дрыщами – нужно замять ситуацию. Он даже промолчал, когда ему вернули выпавший из кармана конверт, в котором денег оказалось меньше, чем было до осмотра. Члены оперативно-следственной группы отнеслись к ситуации с пониманием, и в протоколе конверт не описали.

 

Что же касается Красаучика, то его потрясенный мозг (сто семьдесят британских чайных ложек в объеме) выдал другой сигнал – нужно всех найти, порвать и посадить.

 

Возможно, происшествие и замяли бы, но оно неожиданно приобрело широкий общественный резонанс.

 

***

 

В то время, о котором идет речь, еще не было ни видеокамер на каждом углу, ни систем распознавания лиц, ни всяких информационно-телематических штуковин, помогающих кому надо достать человека хоть из-под земли. Даже мобильники тогда были не у всех. Оперативники под девизом «наших бьют» вручную повозились с различными базами данных и к исходу понедельника уже знали об одном из злодеев. За это особое спасибо директору ресторана, который ведь должен с кого-то взыскать сумму ущерба от уничтоженного телевизора, сломанных стульев, разбитого чайника и порванной занавески. Тимоху взяли во дворе автодорожного колледжа сразу после экзамена. Остальные, узнав о случившемся, на время исчезли и получили статус неустановленных лиц.

 

При опознании Красаучик прямо указал на Тимоху, как на лицо, причинившее ему черепно-мозговую травму. Он уверенно опознал его по телосложению, чертам лица, форме носа, прическе. И еще по наглому выражению глаз.

 

Тимоха был польщен, но заявил, что видит потерпевшего впервые, телесных повреждений ему не причинял, но, с удовольствием бы это сделал. К сожалению, не успел. А тех, кто успел – вообще не знает.

 

Потом было не менее удачное опознание задержанного Инспектором, и Тимоха поселился в камере с видом на тюремный двор. Тогда мы с ним и познакомились.

 

***

 

Происшествие в «Лагуне» приобрело общественный резонанс после того, как было описано в редакционной статье очередного номера газеты «Время, вперед!». Автор сетовал на слабый интерес современной молодежи к традиционным ценностям в ходе проведения досуговых мероприятий. Читателю было предложено обратить внимание на еще оставшиеся в городе очаги молодежной культуры, такие, например, как дом детского творчества, где работают кружки по интересам. Из таких кружков в свое время вышли знаменитые ученые, государственные деятели, герои войны и труда, которыми гордится город. Далее следовало краткое изложение гипотезы Фомина.

 

Очевидно, что большинству батайчан чужды европейские институты, навязанные мировым закулисьем, но и азиатская дикость им тоже не свойственна. В то же время за истекший период по обе стороны границы появились хорошие наработки, которые можно с известными, конечно, допусками использовать.

 

Взять того же Конфуция. У него есть вполне приемлемые положения. Например, о почтительном отношении к власти, которое окрыляет чиновника и заставляет его еще больше заботиться о благе народа. Или, вот, европейцы типа Гуго Гросса, Вольтера и Монтескье. Они тоже писали толковые вещи - например, о договорном происхождении государства, о разделении властей. Все это вписывалось в рамки гипотезы Фомина, и было доступно его пониманию. Действительно при взаимном уважении всегда можно договориться и поделиться, а не бить, чуть что, в область лица.

 

Сочетание на одной территории таких разных социальных конструктов чрезвычайно продуктивно и, подобно процессу превращения философского камня в золото, дает на выходе результаты, потрясающие своей самобытностью.

 

Фомин вспомнил, как незадолго до распада СССР в экспериментальном цеху городского молкомбината осваивали производство столового маргарина из дерьма. На этом поприще были достигнуты значительные успехи: в пробной партии продукт уже мазался на хлеб, но еще имел запах. Потом исследования свернули, оборудование разворовали, кадры разбежались…

 

Все это можно повторить, если осознать, что Батайск - особый трансконтинентальный город, имеющий собственный путь развития. Время, вперед! Да здравствует Азиопа!

 

***

 

Тимохино злодеяние было оценено сразу по трем статьям уголовного кодекса, как: а) - причинение средней тяжести вреда здоровью гражданина Красникова, б) - умышленное повреждение имущества ресторана с причинением значительного ущерба и в) - совершение хулиганских действий группой лиц с применением оружия. Оружие, кстати - это стул.

 

Следственный орган находился в азиатской части города, поэтому работал по-конфуциански, видя смысл своей деятельности в неукоснительном соблюдении установленного ритуала: арест, предъявление обвинения, допрос, очная ставка, направление дела в суд. Описанная церемония давно утратила свое прикладное значение и нужна была не столько для поиска доказательств, сколько для придания процессу расследования внешнего европейского лоска. В правоприменительной практике это называется законность.

 

Все было до тошноты законно, последовательность обрядов соблюдена, подпися-печатя стояли в нужных местах, а дурацкие предложения адвоката оценить и сопоставить различные факты воспринимались, как назойливые попытки направить расследование в другую сторону. Известно, что ишака невозможно заставить свернуть с намеченного пути, если он сам не увидит в этом необходимости - таковы особенности породы. Пришлось оставить следствие в покое, рассчитывая на то, что необходимость как-нибудь возникнет сама собой. Основания для этого у нас были.

 

Квалификация действий Тимохи зависела от медицинского заключения о том, насколько сильно был сотрясен милицейский мозг. В нашем случае степень тяжести вреда здоровью потерпевшего зависела от продолжительности его временной нетрудоспособности. Свыше трех недель – это средняя степень, не свыше – легкая. Эксперт не спешил с заключением и ждал, когда участковый выйдет на работу. Мы - тоже.

 

Разведка донесла, что объект уже неделю находится в больнице и намерен пролежать там до средней степени. Его машина весь день стоит под окнами палаты, на ночь он тайком уезжает домой, а к утреннему обходу возвращается на свое койкоместо и принимает болезненный вид. Имея такие данные, мы решили больше не ждать.

 

Однажды вечером Красаучик спокойно покинул лечебное учреждение, но на первом же перекрестке ни с того ни с сего въехал в зад допотопной колымаге. Виноват, конечно, был не он, и сразу возникло желание объяснить уроду, как ездить. Но ситуация не позволяла. Красаучик, смирив гордыню, предложил мирное урегулирование, однако водитель колымаги, тупой колхозник из поселка Овощной, неожиданно уперся и потребовал вызова гаишников. Те приехали, составили протоколы-схемы-рапорта, а наутро ситуация каким-то образом стала известна главному врачу. Возник небольшой скандальчик и Красаучика выписали за нарушение лечебно-охранительного режима. Теперь почва для проведения медицинской экспертизы была готова.

 

Ни томограф, ни рентген при всей своей объективности не обнаружат сотрясение мозга. Диагноз ставится на основании того, что сказал больной и того, что увидел доктор. Это субъективно. Но, если хорошенько покопаться в мозгах пациента, можно обнаружить (или не обнаружить) микроскопические кровоизлияния или разрывы сосудов. Это называется морфологический субстрат, на основании которого можно поставить точный диагноз. События последних дней показали, что наш больной не очень болен и вместо соблюдения постельного режима катается вечерами на машине. Возможно, он симулянт. Исходя из этого подозрения, мы попросили взять на исследование ткань мозга потерпевшего и посмотреть – как там все устроено и нет кровоизлияний. Дайте нам морфологический субстрат!

 

Но где же взять этот субстрат, отвечал эксперт. Если живому участковому для исследования отрезать хотя бы пол чайной ложки мозга, он превратится в обычного патрульно-постового милиционера. Это не целесообразно. Эксперт отказался исследовать мозг Красаучика и оценил вред его здоровью, как легкий. Уголовная статья тоже полегчала.

 

Одновременно неустановленные лица полностью возместили «Лагуне» материальный ущерб, приплатили за причиненные неудобства и предложили крышу в обмен на лояльность. От директора не требовалось ничего необычного – пусть официанты скажут правду о том, что Тимохи не было в зале на момент происшествия. Директору стало как-то неловко отказываться.

 

Через пару дней следователь получил письмо о том, что ущерб от повреждения имущества является для ресторана незначительным. Это важно, поскольку уголовная ответственность наступает в случае причинения потерпевшему именно значительного ущерба, а значимость он оценивает сам.

 

И, наконец, пару слов о хулиганстве. Законом предусмотрена уголовная ответственность лишь за такое хулиганство, которое совершенно с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

 

Красаучик дал подробные показания о том, как Тимоха его ударил, а другие злодеи, внешность которых он не запомнил из-за плохого самочувствия, бросали в него стулья, разбивали телевизор и рвали на части занавеску. Инспектор из солидарности подтвердил показания коллеги в общих чертах, но добавил, что детали происшествия в его памяти не отобразились.

 

Допустим, это так. Однако в карте вызова скорой помощи со слов Красаучика было записано, что после удара он упал и потерял сознание. Очнулся - злодеев нет, ресторан в руинах, а вокруг тишина. В деле нет никаких сведений о том, что Тимоха встряхнул мозг участкового стулом, т.е. применил оружие. Кроме того, напомним, что плохое самочувствие потерпевшего было вызвано средней степенью алкогольного опьянения, которое характерно снижением критической оценки собственных действий и, как следствие, возникновением конфликтов на этой почве. Сюда же добавим показания официантов, которые с различной степенью подробности описывали злодеев, не похожих на Тимоху, и показывали кассовые чеки на два бутерброда и четыре по пятьдесят коньяка.

 

Кого же видел пьяный в жопу участковый, сидя у барной стойки спиной к залу? Что он наблюдал, валяясь на полу без сознания? Про Инспектора даже говорить неудобно.

 

Именно это я просил сопоставить и оценить, пытаясь увести следствие в другую сторону. Но оно, как известно, не увидело в этом необходимости. Теперь, наконец, необходимость возникла сама собой.

 

***

 

Главный редактор был полностью увлечен своей идеей и, понимая важность возложенной на него миссии, учредил общественно-политическое движение «Единый Батайск», целью которого стало скорейшее создание особой трансконтинентальной зоны, где жизнь будет соответствовать интересам большинства населения города. Эти интересы, возможно еще не до конца населением осознанные, заключаются в снятии избыточного напряжения разнонаправленных тенденций и возвращении горожан к их духовно-нравственным основам. Для достижения поставленной цели движение будет вести разъяснительную работу, формировать общественное мнение и выдвигать в органы местного самоуправления своих кандидатов.

 

Гипотеза Фомина вошла составной частью в программу движения и привлекла к себе сочувственное внимание представителей батайской элиты – работников администрации, правоохранительных и налоговых органов, а также других членов городского сообщества, которым интересы большинства населения были не безразличны.

 

С любопытством отнеслись к гипотезе батайские криминологи, социологи и политологи, назвавшие идею создания Азиопы весьма ценной. Дотошные психиатры уточнили - сверхценной.

 

***

 

В соответствии с церемонией уголовное дело перед направлением в суд дали почитать прокурору – чисто на посошок. Прокурор оценил прочитанное по достоинству: сшито добротно, сроки соблюдены, все подписи на месте, нарушений ритуала не допущено – дело, можно сказать, на мази.

 

Но пахнет. В условиях широкого общественного резонанса это недопустимо. Результаты расследования должны выглядеть так, чтобы у суда не возникало лишних вопросов и ему бы только оставалось вынести обвинительный приговор. Любой иной вариант означает плохое качество следствия и прокурорского надзора. Очень правильно написал главный редактор газеты про интересы большинства населения, традиции и духовно-нравственные основы. Именно следствие, прокуратура и суд традиционно стоят на страже этих интересов, и сами по себе являются духовно-нравственной основой. В деле не должно быть ни постороннего запаха, ни лишних вопросов.

 

По настоящему уголовному делу эти принципы соблюдены не в полной мере. Обвиняемый не признает вину, все свидетели дают ложные показания, следовательно, объективная истина не установлена. Отсюда и запах. По-хорошему, так надавать бы этому Тимохе подзатыльников, но нельзя - ритуал не позволяет. А, вот, проверить его на детекторе лжи – можно. Если доказательств нет, их нужно изыскивать.

 

Дело вернулось обратно с указанием о необходимости проведения экспертизы с применением полиграфа по вопросу: зарегистрированы ли у обвиняемого психофизиологические реакции, подтверждающие владение информацией о том, что он причинил телесные повреждения потерпевшему Красникову.

 

***

 

Основные положения гипотезы Фомина дошли до самого верха, и там было признано целесообразным развитие и укрепление вновь созданного общественно-политического движения. Возникло мнение о том, что инициатива соответствует текущему социальному запросу. После этого движение стало набирать обороты: был создан исполнительный орган, появились штабы и активисты, у Аксайского моста торжественно заложили первый камень монумента, на возведение которого планировалось выделение бюджетных ассигнований. Фомину было настоятельно предложено взять в качестве первого заместителя подполковника в отставке, имеющего налаженные рабочие отношения с курирующими структурами. Главный редактор согласился, поскольку на основную работу у него уже не хватало времени и сил. После этого газета полностью перешла под контроль вновь созданного издания «Вестник Азиопы», менеджеры которого стали определять редакционную политику.

 

***

 

Процесс доказывания при расследовании преступлений, это поиск следов прошлого в настоящем. Следы остаются и в человеческой памяти, но достать их оттуда нелегко, поскольку люди часто лгут – даже, если говорят правду. Следователи издавна применяли различные средства для разоблачения лжи – дыбу и испанский сапог, шантаж и угрозы, таблетки и полиграф – в зависимости от соответствующих времени эстетических предпочтений.

 

В те времена, когда еще был жив Конфуций, допрос с применением полиграфа заключался в том, что подозреваемому в рот клали горсть сухого риса и предъявляли обвинение. Вина считалась доказанной, если рис оставался сухим, поскольку от страха останавливается слюноотделение. Никого тогда не интересовало, чего именно боялся испытуемый – разоблачения или необоснованного обвинения, болен ли он гастритом, сахарным диабетом или дизентерией, которые вызывают сухость во рту. Дикие люди.

 

С тех пор прошло много лет, и место риса занял компьютер с датчиками дыхания, давления и электропроводности кожи. Считается, что с помощью этих приборов и специальных вопросов можно измерить реакцию организма на ложь, пощупать морфологический субстрат памяти, а потом все это перевести на человеческий язык и вывести злодея на чистую воду. В общем, штука серьезная - не то, что производство маргарина.

 

Обвиняемый, правда, может отказаться от участия в психофизиологической экспертизе, однако батайские криминологи убеждены в том, что подавляющее большинство отказавшихся виновны. Гастрит с дизентерией тут не при чем.

 

Городской суд находился в европейской части города, поэтому такие экспертизы вообще за доказательства не держал (на этот счет есть специальное указание сверху). Мы ничего не теряли и, чтобы не огорчать криминологов, согласились. Но с условием, что такую же экспертизу проведут Красаучику. Субстрат памяти можно пощупать, не вырезая кусок мозга – пусть мужик потерпит, если назвался потерпевшим. Но мужик отказался.

 

Вопреки ожиданиям прокурора все оказалось не так просто. Специально вызванный из центра грамотный эксперт, провозившись две недели, дал научно обоснованное заключение: «регистрируемые в ходе экспертного исследования с применением полиграфа реакции подэкспертного лица позволяют сделать выводы о том, что оно не владеет информацией о причинении им телесных повреждений Красникову».

 

Отсутствие в памяти Тимохи нужных следов стало неожиданным ударом в область обонятельного эпителия, но это был не нокаут. Прибывший из самого центра еще более грамотный эксперт опроверг необоснованное заключение коллеги, ссылаясь на множественные помехи при регистрации полиграмм (например, глубокие вздохи подэкспертного), методические нарушения при их оценке (неверный расчет вероятности достоверного выделения реакции на значимый вопрос) и, как следствие, гносеологические ошибки в выводах. Уязвленный грамотный эксперт мотивированно возразил более грамотному, и на страницах уголовного дела возникла интересная дискуссия, продолжавшаяся в течение последующего месяца.

 

Тимоха тем временем сидел в тюрьме, продолжая назло всем экспертам глубоко дышать. Он сказал, что потерпит, если есть надежда. Я ответил, что у нас она есть, а у них – нет.

 

***

 

Пришла осень - время, когда обостряется социальная активность и психопродуктивная симптоматика. Наиболее инициативные члены движения требовали закрыть ресторан «Лагуна», как источник трансконтинентального напряжения и происходящих вследствие этого многочисленных бед – в кране нет воды, экология плохая, бензин дорожает. В контрольные органы поступило соответствующее коллективное обращение, и проведенная комплексная проверка выявила вопиющие нарушения действующего законодательства, угрожающие жизни, здоровью и санитарно-эпидемиологическому благополучию населения города. Директор пытался спасти бизнес, но не смог - ресторан закрыли. Из окон городской администрации, городского суда и городского же отдела внутренних дел, на это с удовлетворением смотрела элита, некогда едавшая в «Лагуне». Пусть предприимчивый жулик еще скажет спасибо, что не посадили.

 

Фомин не ожидал, что озарившая его идея так быстро завоюет умы горожан, но еще больше был удивлен ее практическим воплощением. Он был не согласен с вульгарностью некоторых трактовок понятия трансконтинентальности, ему не нравилась новая бухгалтерша, которая подсовывала на подпись сомнительные платежные документы, его раздражала непрозрачность действий заместителя, который занял его кабинет. Потом редакция переехала в освободившееся здание дома детского творчества, и Фомин вовсе упустил бразды правления, перестал вникать в текущую деятельность редакции, много курил и мучился от бессонницы. Перед ноябрьскими выходными он написал критическое письмо руководству издательства с изложением своей позиции. В первый же рабочий день из уст подполковника в отставке главный редактор получил ответ о том, что он извращенно понимает цели движения и редакционную политику, поэтому для него самый разумный выход - уволиться по собственному желанию. В противном случае материалы проверки по фактам необоснованного расходования денежных средств издательства будут переданы в правоохранительные органы.

 

Потрясенный Фомин удалился для принятия решения и несколько дней не выходил из квартиры. Впоследствии его оттуда удалось извлечь бригаде скорой помощи, которая прибыла по звонку обеспокоенных соседей. Те наблюдали, как лидер общественно-политического движения «Единый Батайск», несмотря на мороз, стоял в одних трусах на балконе и произносил эмоционально насыщенную речь об особом пути Батайска, призывая слушателей немедленно следовать за ним к Аксайскому мосту. В специализированном стационаре действиям главного редактора дали научное объяснение – параноидно-парафренный этап шизофрении с масштабным бредом реформаторства.

 

***

 

Человеку с систематизированным бредом невозможно объяснить, что он не прав – таковы особенности заболевания. Любые логические конструкции разбиваются о железобетонную убежденность в собственной правоте.

 

Неискушенному человеку трудно отличить бред от истинной убежденности, и он рискует пополнить ряды яростных борцов за какую-нибудь весьма ценную идею. Искушенному человеку легко использовать таких борцов в своих целях, имитируя приверженность идее. Остальные пытаются отличить дурака от подлеца.

 

Вот, казалось бы – что крамольного в желании установить объективную истину по уголовному делу и во что бы то ни стало узнать, как все было на самом деле? Любой неискушенный скажет, что это и есть цель расследования. Попробуйте-ка не согласиться с таким утверждением.

 

Дальше все зависит от эстетических предпочтений. Что выбрать – дыбу или испанский сапог, угрозы или полиграф? Что важнее, средство или цель, истина или человек? В поисках ответа мы попадаем в сферу духовно-нравственных основ, а затем плавно переходим в клиническую реальность, где логические конструкции разбиваются о нашу железобетонную убежденность в собственной правоте. Все, кто не с нами, тот против нас.

 

Боюсь, что гипотеза Фомина насчет разных культурных пространств и трансконтинентальной напряженности в Азиопе таки имеет под собой основания.

 

Морфологический субстрат правды ни у обвиняемого, ни у потерпевшего добыть не удалось. Один врет, но говорит правду, другой говорит правду, но врет, и узнать, как все было на самом деле, невозможно. При таких обстоятельствах  следует прекратить погоню за объективной истиной, оценить практическую достоверность полученных доказательств и (если поступит соответствующее указание) принять решение на основании внутреннего убеждения и совести. Это и будет истиной. Пусть не объективной, но ведь и совесть штука субъективная. В противном случае придется выбрать между дураком и подлецом, а затем продолжать погоню, во что бы то ни стало.

 

***

 

После исчезновения Фомина активисты движения утихли и занялись поиском других проблем. Несмотря на закрытие «Лагуны», вода в кране не появилась и бензин не подешевел, однако теперь никто не знал, где граница между социальными конструктами, с кем бороться за справедливость и куда ведет особый путь. Для того чтобы не смущать горожан, было решено признать целесообразным перенесение приграничной полосы за батайский семафор и приостановление реализации проекта строительства монумента. Выделенные бюджетные деньги были направлены на удовлетворение  интересов большинства населения. После этого трансконтинентальное напряжение стало ощущаться, как привычная нагрузка, и город зажил прежней жизнью.

 

Тимоху отпустили под подписку о невыезде. Но не из соображений практической достоверности, а потому, что закончился предельный срок содержания под стражей, возможный по его статьям. Получилось трансконтинентально - не дурость, не подлость, а сама собой возникшая необходимость.

 

У ворот изолятора сидельца встречали неустановленные Клепа, Костя Могила, Хобот и Дон Педро из поселка Овощной. Последним подтянулся Гена Бармалей. По пути он столкнулся с идущим на работу Красаучиком. Участковый узнал дрыща, втянул голову в плечи и зажмурился. А потом и вовсе исчез из поля зрения.

 

Дело приобрело вялотекущий характер без продуктивной симптоматики.

 

 

(с) Владимир Лившиц. 2020

 

 

Батайский семафор

Примерно так в массовом представлении жителей славного Батайскграда и выглядит знаменитый семафор, разделяющий и части света, и потоки сознания

 

 

 

 

Было интересно? Скажите спасибо, нажав на кнопку "Поделиться" и расскажите друзьям:

Количество просмотров: 1601



Вход на сайт

Случайное фото

Начать худеть

7 уроков стройности
от Людмилы Симиненко

Получите бесплатный курс на свой e-mail