Алексей - Божий странник XXI века (Ростов-папа и дети его босяки)

А А А
 
«Ростов-папа» традиционно гостеприимен для людей самого разного социального статуса и достатка. Для большинства приезжих он начинается с «трех вокзалов»: Главного, Пригородного и автовокзала. Отсюда людской поток ползет вверх по Большой Садовой улице к историческому центру. Именно здесь, недалеко от исторического здания газеты «Приазовский край», где работал в XIX веке певец ростовских трущоб Алексей Свирский, я повстречал божьего странника XXI века - Алексея Фадеева.
 
 
При первом знакомстве с Алексеем чувствуется, что это много повидавший, бывалый человек. Пристальный взгляд, тяжелая походка. Чуть замедленная речь свидетельствует о том, что он обдумывает каждое слово. Значит, побывал в тех местах, где могут сурово спросить за случайно оброненную фразу. Еще со времен автора «Ростовских трущоб» Алексея Свирского таких людей называли «босяками». Причем в это слово вкладывали сугубо уважительный смысл. «Босяк» - значит топчет землю, значит, знает жизнь без прикрас.
 
Знакомимся. Алексей Николаевич Фадеев. 50 лет. Уроженец Краснодарского края. В настоящее время живет в социальном центре в переулке Семашко, 1-б. «У меня есть временная регистрация, паспорт, все необходимые страховки, то есть, я не бомж, - говорит Алексей. И тут же предупреждает: - Я переболел туберкулезом, но уже вылечился полностью. Даже пенсию по этой болезни государство с меня сняло».
Мы обмениваемся рукопожатием (для знающих людей - это знак доверия). Начинается длительный, обстоятельный разговор...
 
Как может получиться, что прежде благополучная жизнь вдруг пошла наперекос? Конечно, это стечение целого ряда обстоятельств, объективных и субъективных.
 
У Алексея много профессий, и все рабочие. Каменщик-строитель, автослесарь, водитель, механик по подъемным механизмам. Словом, мастер на все руки. Но вот с семьей не сложилось. Дети есть, но повздорил с женой, пришлось жить отдельно. Стандартная для многих житейская ситуация. Одиноко живущий мужчина - фактор повышенного риска. Судимость не заставила себя долго ждать.
 
- Статья два-два-восемь, за наркотики, - буднично объясняет Алексей. - Хотя я к наркоте не притрагивался ни разу в жизни. Стопочку могу пропустить, а вот дурью уколоться - ни за что! Но ситуация сложилась так, что надо было кого-то сажать, а я оказался крайним. По статье светило пять лет, дали всего полгода в колонии-поселении. Отсидел нормально, но вышел - задумался. Судимость - пятно в биографии. К семье возврата нет: дети выросли, им я больше не нужен. В общем, решил начинать жизнь заново на севере. Знакомы рассказали о фантастических заработках на лесоповале...
 
Легкий чемодан, вокзал, долгая дорога в Архангельскую область. На лесоповале мало романтики, и много тяжелого труда. Еще с 90-х годов там установилась определенная система: государство на аукционах продавало таежные делянки частным фирмам, те вырубали лес, обрабатывали стволы на «кругляк» и продавали его за границу.
- Заработать можно было круто, но далеко не всем, - рассказывает Алексей Фадеев. - До двухсот тысяч рублей(!) за смену мог получить водитель трелевочной машины, который прокладывал дорогу через тайгу для лесовозов. Но это сложная и ответственная задача: уложить стволы в ряд, чтобы по ним смогли проехать тяжелые грузовики. Обычные рабочие получали не так много. Погрузка машины с прицепом - 300 рублей всего...
 
Алексей был на хорошем счету у начальства благодаря своим навыкам автослесаря. Зарабатывал, но соответственно и тратил много. Время летело, он не задумывался над случившейся неприятностью: при переправе на пароме через Северную Двину из нагрудного кармана выпал в реку паспорт с другими документами.
 
Но времена менялись не в лучшую для частных лесопромышленников сторону. В Архангельской области открылись сразу три крупных государственных комбината по переработке леса. «Дикой» вырубке леса постепенно приходил конец. Кругляк уже не гнали на экспорт, а поставляли на комбинаты для глубокой переработки. Соответственно, прекращались аукционы по продаже частникам лесных делянок.
- Заработки резко упали, «шабашники» разъезжались по домам. Я тоже решил вернуться в родные края. Но когда начал считать сбережения, оказалось, что ничего накопить не удалось. Денег хватило на билет лишь до Ростова. Вышел из вагона на железнодорожном вокзале, без документов, без копейки в кармане, и без малейших мыслей о том, где можно переночевать, и что поесть, - рассказывает Алексей.
 
Всякое предложение рождает спрос, и на бездомных людей в Ростове тоже есть «покупатели». «Поработать хочешь? - услышал Алексей уже на Пригородном вокзале. - Чай-кофе, курево и бухло, все будет». И он согласился, все равно деваться было некуда...
 
Проезжая по автодорогам посреди бескрайних донских полей можно без труда увидеть целые городки: палатки и примитивные хижины, что стоят в лесополосах. Там живут целые коммуны людей, которые обрабатывают поля с урожаем. Покупая огурцы, лук, редиску на базаре, мы не задумываемся, что в эти дары земли донской вложен огромный труд. Как правило - тех самых людей, которые обитают в лесополосах.
 
- Условия у всех примерно одинаковые. Платят 150 рублей за выход в поле, причем работа от зари дотемна. Кормежка три раза, полюс пачка сигарет в день. Если хозяин добрый, может вечером угостить дешевым пойлом из расчета полбутылки на брата, - рассказывает Алексей Фадеев.
При этом рабством такие условия назвать никак нельзя. Силком в таких поселках никого не держат, работник в любое время может уйти от хозяина. Вопрос лишь в том, что большинству уходить некуда. Есть в таких поселках и женщины, даже образуются семьи.
Когда появляются деньги (заплатит хозяин или удастся выгодно сдать украденный металлолом), все дружно пьянствуют, потом дерутся, затем мирятся. Потом снова на работу. Вот и все существование.
 
Алексею повезло с хозяином. Поначалу его поставили на поле с капустой: он ежедневно поливал, опрыскивал растущие кочаны. Жил не в палатке, а в хозпостройке на территории домовладения, вместе с другими работягами. Ухаживал за стадом овец: каждое утро косил для них траву возле автотрассы Аксай-Батайск. Когда закончился сезон, хозяин разрешил остаться в этом сарайчике до весны. Денег не платил, но давал кое-что из продуктов.
- У нас стояла печка-«буржуйка», но где к ней набрать дров? Мы ходили по лесополосам, собирали валежник, пилили сухие пеньки. Все равно было очень холодно, даже под одеялами. После такой зимовки я подхватил туберкулез, - говорит Фадеев.
 
К нему отнеслись по-человечески. Товарищи по работе скинулись на лечение, хозяин тоже добавил денег. В итоге Алексей Фадеев оказался на четвертом этаже областной туберкулезной больницы на улице Орской.
Алексей говорит, что благодарен очень многим людям. Он уже не мог ходить, когда его привезли больницу. Двухсторонний туберкулез легких, плюс туберкулез позвоночника. Требовалось сложное дорогостоящее лечение, а у Алексея Николаевича не было даже документов.
- Мне очень помогла волонтер Ольга Полякова. Она узнала о моей беде и помогла связаться с фондом Анастасии Узорешительницы. Там оплатили медикаменты, дорогостоящий имплантант, поддержали с питанием. Спасибо врачам туберкулезной больницы, которые быстро и технично поставили меня на ноги, хотя я думал, что ходить уже не буду. Благодарен и медсестрам, что бескорыстно ухаживали за мной, - с чувством произносит Алексей Фадеев.
 
Восемь месяцев он пробыл в больнице, а когда дело подошло к выписке, возникла та же проблема, что на ростовском вокзале: куда пойти? Алексею вернули здоровье, но он по-прежнему оставался никому не нужным, «лишним» человеком. Для сельхозработ он уже не был пригоден. Куда податься, где переночевать, где поужинать после выписки?
 
- Тут мне снова повезло. Я познакомился с человеком, у которого тоже сложная судьба, вроде как у меня. Он рассказал об отце Андрее Мнацаганове,что занимается такими бродягами, как мы, и о центре на улице Щербакова в Первомайском районе, где им дают временный приют, - говорит Алексей Фадеев.
 
Для того, чтобы получить благословение на проживание в реабилитационном центре «СПАС», Алексею хватило короткой телефонной беседы с отцом Андреем. Таким образом он получил пищу, кров, и возможность социальной реабилитации. Первым делом восстановил паспорт и другие документы. Вторым - начал думать, каким образом устроить свою дальнейшую жизнь...
 
- Реабилитационный центр «СПАС» с момента начала работы оказал помощь более чем 500 бывшим осужденным. Центр работает не только с освободившимися из мест лишения свободы, но и с теми, кто оказался в трудной жизненной ситуации. Социализацию освободившихся из мест лишения свободы благотворительная организация «СПАС» проводит совместно с отделом по тюремному служению Ростовской-на-Дону епархии силами священников, окормляющих исправительные учреждении Ростовской области, - рассказал иерей Андрей Мнацаганов.
 
Что касается Алексея Николаевича Фадеева, то он наметил свой дальнейший путь:
- Небольшой домик в деревне, свое хозяйство с огородом и курочками. Могу подрабатывать сторожем. Если повезет, встречу заботливую хозяюшку. Безусловно, мне очень помогла вера. И добрые люди, что попадались в жизни.
 
Александр ОЛЕНЕВ (текст, фото).
Рекомендуем: 
Нет
Было интересно? Скажите спасибо, нажав на кнопку "Поделиться" и расскажите друзьям:

Количество просмотров: 194



Вход на сайт

Случайное фото

Начать худеть

7 уроков стройности
от Людмилы Симиненко

Получите бесплатный курс на свой e-mail