Голубые шары над Тихим Доном

А А А

 

Применение авиации в ходе Гражданской войны на территории Донского края тема очень интересная, но практически не исследована. Краткий очерк по этому вопросу.
В конце февраля 1919 года против советской власти восстали казаки Верхне-Донского округа. Этот трагический эпизод российской истории, очень подробно описанный в романе Михаила Шолохова "Тихий Дон", ознаменовался очень малоизвестным фактом: казачье восстание послужило толчком для применения военной авиации на Юге России в ходе Гражданской войны...

Английский истребитель Сопвич "Кэмэл" (Sopwith F.1 Camel): на этих аппаратах воевал 4-й Донской самолетный отряд в 1919 году

«ФАРМАН» И АРКАН
Один из фильмов советского времени о приключениях неуловимых мстителей начинается захватывающим дух эпизодом: погоней конников за белогвардейским самолетом «Фарман», летчика которого берут на аркан лихие красноармейцы. Отдавая должное фантазии авторам сценария, можно заметить, что применять авиацию на фронте в годы Гражданской войны начали именно у нас на Дону, и этому способствовало казачье восстание в отдаленных районах от Ростова и Новочеркасска, где располагалось командования белогвардейскими силами.
О том, что восстание верхнедонских казаков действительно было стихийным, свидетельствует тот факт, что в штабе Донской армии о нем узнали только в марте, спустя целый месяц после его начала. Чтобы проверить неясные слухи, и, по возможности, связаться с восставшими, было решено применить авиацию.


Начальник авиации Донской Армии военный летчик Вячеслав Григорьевич Баранов, 1919 год

К этому времени авиация Донской армии состояла из четырех отрядов. Они были укомплектованы машинами разных марок: «Сопвич», «Фарман», «Бранденбург», «Вуазен», воевавшими на фронтах Первой Мировой, а также опытными летчиками, прошедшими боевую закалку.
К примеру, один из самолетов марки «Ганза-Бранденбург», раньше летал под опознавательными знаками Австро-Венгрии, и был сбит известным русским асом А.А. Козаковым в воздушном бою с австрийцами на Юго-Западном фронте в июле 1917 года. Трофей отремонтировали, машина стала служить в российской авиации, с голубыми шарами на белом фоне, нарисованными на крыльях.
После революции этот «Бранденбург» оказался в самостийной Украине. Но осенью 1918 года летчик В.С. Веселовский перелетел на нем из Киева в Новочеркасск. Самолет вошел в состав 4-го Донского авиаотряда.


Тот самый самолет "Ганза-Бранденбург" и военлет Веселовский (в центре, одетый в тулуп)

      
Военлеты времен Гражданской: прапорщик Филипп Михайлович Баранов, капитан Захарий Васильевич Снимщиков, штабс-капитан Эдвин Мартынович Битте (все - 4-й Донской самолетный отряд)

НА «СОПВИЧЕ» В ВЕШКИ
Первый полет в станицу Вешенскую из Новочеркасска было поручено совершить военному летчику 3-го авиаотряда подъесаулу Д.В. Федорову, которого которого сопровождал член Войскового Круга В.А. Харламов. Затея была крайне рискованной: пролететь предстояло более 300 верст, над территорией, занятой красными.
На самолете «Сопвич-Кэмэл» смельчаки долетели до Вешенской и совершили посадку в окрестностях станицы. Однако, в момент их посадки, вдали появился конный отряд, с ходу открывший стрельбу. За дальностью расстояния нельзя было разобрать, были это красные или повстанцы, но летчику пришлось срочно взлетать и ложиться на обратный курс. По дороге воздушный аппарат приземлился на территории неприятеля, чтобы пополнить баки бензином. С пулевыми пробоинами на крыльях и фюзеляже, «Сопвич» едва дотянул до Новочеркасска.

Вторая попытка установить связь с вешенскими повстанцами принадлежала военлету В.В. Тарарину и сотнику П.Г. Богатыреву. 26 апреля 1919 года в 6 часов 50 минут самолет взлетел со станции Зверево, и приземлился в двух верстах от станицы Вешенской, у родного хутора Богатырева.
Журнал «Донская Волна» красочно описывал подробности посадки: «В это время показались вооруженные всадники, быстро скакавшие по направлению аппарата. Кто это, было неизвестно, момент был мучительно страшный. Еще минута, и они покончили бы с собой, если бы обнаружилось, что это красные... Но еще не доскакав до лётчиков, один из казаков, присмотревшись к сотнику Богатыреву, крикнул: «Да никак это Богатырев!» «Я самый Богатырев, станичники!» - радостно ответил сотник.
Казаки забеспокоились, принялись уводить аппарат к хутору Бокову, так как каждую минуту можно было ожидать нападения красных. Восторг хуторян, их слезы, мольбы о помощи, были неописуемы».
На следующий день Тарарин полетел обратно. Вследствие порчи мотора он еле дотянул до своего отряда на станции Зверево, перейдя линию красных на высоте 300 метров, ежеминутно рискуя быть сбитым огнем с земли. В рапорте командования отмечено: «К сожалению летчик под наплывом впечатлений и переживаний, торопясь донести о результатах полета, не успел собрать многих сведений, крайне интересовавших штаб».


Плакат времен Гражданской войны

Третий, самый успешный полет, 2 мая предпринял военный лётчик поручик В.С. Веселовский на самолете «Ганза-Бранденбург» с пассажиром подпоручиком П.И. Безсоновым. «Бранденбург» поднялся у станции Зверево и через 2 часа 40 минут сел в Вешенской. Летчики привезли повстанцам 500 тысяч рублей, один пуд табаку, несколько пудов перевязочных материалов, медикаментов, газеты, воззвания и письма.

«Встреча в станице Вешенской была невыразимая. Колокольный пасхальный перезвон, толпы обезумевших от восторженной радости людей, цветы, рыдания не только женщин, но и мужчин. Привезенные летчиками образцы самодельных патронов восставших и ветки сирени, из тех, которыми был засыпан их аппарат, ныне хранятся в Войсковом музее», - сообщал журнал «Донская Волна».
Самым главным результатом этого полета стало политическое решение: после доклада летчиков Войсковой Круг решил «всемерно поддержать восставших».

ВЗЛЕТЫ И ПАДЕНИЯ
Самолеты Донского авиаотряда летали в Вешенскую с мая по конец июня, доставляя почту, военные донесения, медикаменты и боеприпасы. В донской авиации были потери. Подъесаулу И.А. Соколову 14 мая пришлось посадить свой «Фарман-30» у хутора Глущевского: во время авиаразведки заглох мотор. Летчик позже докладывал командованию: «Ввиду появления цепей красных пришлось вырубить мотор и сжечь планер аппарата». Самого Соколова вывез из-за линии фронта военный летчик К.М. Жеребцов, совершивший рискованную посадку неподалеку от позиций противника.
30 августа 1919 года на самолете «Сопвич» разбились двое летчиков: В.А. Хомич и С.Н. Аладьин. Самолет вылетал для связи с корпусом генерала Мамантова. При взлете самолет сделал круг над аэродромом, на высоте 150 метров потерял управление, стал стремительно падать, перешел в штопор, и ударившись о землю, загорелся. Летчики и аппарат сгорели. Хомича и Аладьина с почестями похоронили на военном кладбище в Новочеркасске, впоследствии их могила была уничтожена большевиками.


Некролог в одной из новочеркасских газет тех лет

Английский двухместный разведчик Сопвич "полуторастоечный" (Sopwith Strutter): на нем разбились Хомич с Аладьиным

Показательна в этом отношении история гибели военного летчика капитана З.В. Снимщикова (его фотография в начале очерка), описанная в ряде мемуаров деятелей Гражданской войны, таких как С.М. Буденный и О.И. Городовиков. Наиболее сжато она изложена в опубликованных в 1944 году в Германии мемуарах неизвестного Донского летчика:

«Кап. Снимщиков, полетев глубоко в тыл большевиков, увидел сверху, где предполагались конница ген. Мамантова, действительно большие конные массы. Снимщиков благополучно опустившись, и оставив мотор на малом газу, чтобы взлететь в случае опасности, крикнул находившимся неподалеку казакам в бурке: «Это что за часть?»...
Красные казаки мастерски разыграли белого летчика. Поверив, что приземлился в расположении мамантовцев, он покинул самолет и вручил пакет с секретными документами лично в руки командарму Буденному.
Поняв, как его провели, летчик выхватил шашку у одного из казаков и попытался сопротивляться. Но ничего сделать он конечно не мог. И шансов на помилование у него тоже не было: ведь капитан Снимщиков в конце 1918 года перелетел от красных на сторону белых с целым 9-м армейским авиационным отрядом, сразу после его осмотра красным Главковерхом Троцким. Капитан З.В. Снимщиков был расстрелян по личному приказу Буденного.

Итак, авиация, активно применявшаяся в составе Донской и Добровольческой армий в годы Гражданской войны, не смогла оказать заметного влияния на исход боевых действий. Тем не менее, такие полеты представляют собой очень интересную и малоизученную станицу донской истории. (Использованы материалы из альманаха "Донские казаки в борьбе с большевиками", № 4)

Было интересно? Скажите спасибо, нажав на кнопку "Поделиться" и расскажите друзьям:

Количество просмотров: 1976



Вход на сайт

Случайное фото