Маяковский и Ростов

А А А

 

Владимир Маяковский«Великий пролетарский поэт» выступал в Ростове 13 раз. Впервые в 1914 году, а последний раз - в 1927, совсем в другой России и в другую эпоху. Но взаимоотношения между городом и поэтом не менялись. Поэт терпеть не мог Ростова, а Ростов не принимал поэта. Трезвый, очень буржуазный и динамичный город отторгал как футуристическую заумь раннего Маяковского, так и фальшивый пафос позднего Маяковского.
 
Ещё в 1914 году Маяковский потерпел настоящий провал, выступая в ... ростовском цирке (подходящее место для поэтов-авангардистов). Правда, проваливался он не один, а в компании с другими футуристами. Ростовцы всё больше пялились на его друга - поэта Давида Бурлюка, который выходил на подиум с напудренным лицом, оглядывал в лорнетку публику и начинал торжественным голосом свою эпическую поэму «Мне нравится беременный мужчина». У Маяковского не было ни лорнетки, ни «беременного мужчины», и поэтому он запомнился ростовским репортёрам только своим огромным ростом в сочетании со своей тогдашней худобищей. Поэтому про него писали «милый мальчик длинного роста» и говорили что это «не человек, а погребальные дроги, поставленные стоймя». (Вообще-то фразу эту изобрёл Чехов, и она относилась совсем к другому человеку, но выражение стало крылатым, и его часто использовали тогдашние газетчики).
 
Потом были рыночные времена НЭПа, и «пролетарский поэт» принялся ковать деньги, не вылезая из изнурительных платных гастролей. Об этом подробнее и правдивее всего писал его импрессарио Иосиф Лавут в книге с советизированным нейтральным названием «Маяковский шагает по стране». О, Иосиф Лавут был очень осведомлённый человек! Со страниц его книги Маяковский встаёт перед нами в образе невероятно мелочного, крайне меркантильного предпринимателя от литературы.
Теперь мне стала понятна тайна его «лесенки». Поэт разбивал четверостишья на восьмистишья, чтобы выжимать из четверостишья не обычных 4 рубля, а 8 или все 10. Платили-то построчно! «Да, я люблю зарабатывать деньги!» - признавался он. И зарабатывал! Не только на поездки в Париж, но и на автомобиль (что по тем временам было немыслимой роскошью, как сегодня покупка личного вертолёта).
 
В Ростове он тоже «зарабатывал деньги». Видя, как на Садовой его опусы продаются крайне туго, сам встал за прилавок в качестве продавца-зазывалы и продал несколько десятков экземпляров с автографами. В те времена подобный поступок для автора считался унизительным и никто из писателей и поэтов так не поступал. Представить себе Блока или Чехова в подобной роли невозможно. Но Маяковскому было наплевать на все «предрассудки».
 
На платные вечера Маяковского народ, представьте себе, охотно ходил. Но не из любви к его поэзии, а просто чтобы отвести душу и «приколоться», ибо его выступления часто переходили в базарную перебранку. Обывателей раздражала Советская власть, и они пытались сорвать зло хотя бы на пролетарском поэте, забрасывая его записками с таким, например, текстом: «Ты скажи-ка, гадина, сколько тебе дадено» или напрямую спрашивая его, на какие деньги он катался на Запад (в нём подозревали внештатного сотрудника тайных органов). Поэт легко заводился и начинал агрессивно огрызаться, что ещё больше веселило публику. Это происходило примерно так же, как сегодня на ток-шоу с Жириновским.
Когда аргументы кончались и надо было заткнуть рот оппоненту, Маяковский просто переходил на крик. Он хвастался, что «не родился ещё такой богатырь, который бы меня переорал».
Впрочем, и чувство юмора Маяковскому тоже не было чуждо, и он не всегда «брал горлом». Тот же Лавут в этой связи пишет, что Маяковский носил дорогие галстуки «Фантазия» и «Кис-кис» в виде бабочки, считавшиеся в то время «буржуазными». На вечере в Ростове один «обыватель» пристал к Маяковскому:
- Скажите, а почему намедни в ресторане вас видели в галстуке «кис-кис»?
- Да потому что не «мяу-мяу»! - рявкнул поэт. Таков был юмор Маяковского.
 
Владимир МаяковскийВ последние свои приезды в Ростов Маяковский был уже умнее. Он больше не связывался с неорганизованной «обывательской» публикой, а шёл на встречи только с «подготовленной аудиторией» из дисциплинированных членов комсомольского актива, чекистов, курсантов в Доме Красной Армии, которые даже аплодировали по команде.
Маяковский Ростов не любил ещё из-за страха перед микробами. Он был маниакально мнителен. Брезговал людьми. Ненавидел рукопожатия и избегал их. Если же надо было ручкаться с коммунистическим начальством (от чего уже нельзя было уклониться), то он на этот случай всегда таскал в кармане мыло и каждый раз бежал к умывальнику.
В гостиницах вытирал дверные ручки платком, смоченным в уксусе. когда пил из кружки пиво, то брал её в левую руку, чтобы не касаться губами того края, откуда могли до этого пить другие. (Отсюда и родилась распространённая легенда о Маяковском как о левше). Панически боялся водопроводной воды. По три раза кипятил её, а в Ростове вообще воду ни в каком виде не пил! Как же он обходился без воды?! А вот как: к нему в номер-люкс ростовской гостиницы «Деловой двор» ящиками возили нарзан. Он, по собственному признанию, «пил нарзан, умывался и брился нарзаном, принимал ванны из нарзана и даже кипятил чай на нарзане». Кипячение чая на нарзане было, по его словам, трудной задачей. «Ведь из-за постоянных пузырьков трудно понять, когда наступает момент кипения». Как мне кажется, сей ценитель люксовского комфорта, скорее всего не особенно любил пресловутый «пролетариат», которому якобы служил.
Хотя бы уже только потому, что вёл двойную жизнь. Для себя у него были великолепные английские костюмы и лакированные штиблеты, дорогие сигары, трости, белые перчатки и буржуйский цилиндр, в котором «пролетарский поэт» красовался в Берлине и Париже. А для выступлений в Советской России у этого господина была «спецодежда» в виде мятой кепчонки и простого пиджачка.
 
Но ростовчане сразу же раскусили гастролёра. Они не могли не чувствовать всю напыщенную фальшь его «эпохальных» творений. Даже просоветская пресса Ростова (газета «Молот») и та издевалась над поэмами «Хорошо» и «Октябрь», считая их «фальшивыми временно сколоченными из фанеры и картона триумфальными арками».
В самом деле, взять такие строки: «Бился об Ленина тёмный класс. Тёк от него в просветлении... » Или «Я себя под Лениным чищу...» Над этими строчками уже тогда откровенно потешались. (Ведь Сталин пока не объявил Маяковского «лучшим поэтом всей нашей эпохи», да и не боялись ещё Сталина. 1937 год был впереди).
 
Сказать, что в Ростове живут грубые торгаши, не понимающие поэзию, никак нельзя. Ведь в те же самые годы, когда Ростов принимал (или точнее, не принимал) Маяковского, здесь теми же «торгашами» был триумфально встречен Сергей Есенин, которому устроили настоящую демонстрацию. Его вынесли на руках прямо на Садовую из клуба, в котором он выступал (ныне кинотеатр «Буревестник»), Во время чтения стихов в переполненном зале все держали в поднятых руках зажжённые спички, зажигалки, бенгальские огни, как это делают на нынешних рок-концертах.
Так что в Ростове умели ценить настоящих поэтов.
(Из книги В. Вареника "Ростов и ростовцы").
Было интересно? Скажите спасибо, нажав на кнопку "Поделиться" и расскажите друзьям:

Количество просмотров: 3418



Комментарии:

Что-то я слышал про снобизм Маяковского, но не думал, что до такой степени. А вот его лирика в стихотворениях чудесна. Видимо, в Ростов он привёз не то, что близко ростовчанам.

Соглашусь с вами, у Маяковского есть прекрасные стихи. Но как человек он был наверное не очень приятен всем окружающим. Впрочем, совершенно таким же был и Лермонтов. 

%%а в Ростове вообще воду ни в каком виде не пил%%

 

От того П.И. Лавута можно узнать (а в наше время -- и услышать) более точные сведения:

"Не прошло и часу, как Маяковский притащил в гостиницу десяток бутылок нарзана. К чему такой запас? Дело в том, что в Ростове случилась беда. Примерно месяц тому назад где-то водопроводные трубы соединились с канализацией (об этом писали ростовские газеты, было сообщение и в "Правде"). И хотя к нашему приезду воду уже очистили {В газете "Советский юг" (26 октября 1926 года) появилась заметка: "В ночь с 23 на 24. X произведена вторичная дезинфекция водопроводной сети. Управление водоканализации установило, что водопроводная сеть перед вторичным хлорированием находилась в значительно лучшем состоянии (чище), чем перед первым. Значит, имеются известные положительные результаты".} и ростовчане прекрасно пользовались пресной водой, Маяковский, будучи весьма мнительным, отказался от услуг ростовского водопровода. Он решил пользоваться нарзаном..."

 

То ли Василий В. сознательно и неблагонамеренно экономит на словах, то ли публикация не очень удачно купирована... Надо бы уточнить!

Каждый поэт выпендривался, как мог

Позвольте размышлизм.

Природа сделала основную ставку на индивидуализм организма, хотя не избегает и роевой организации, полностью  исключающей нефункциональную индивидуальность. Разнообразие степеней  модусов вивенди  в этом смысле поддерживается у животных на бессознательном уровне (у высших -- на уровне элементарной рассудочной деятельности, также, имхо, бессознательной), тогда как в случае человека дело осложнено присутствием сознания, потенциально способного к неограниченной образной продуктивности.

Так что в общем случае стоит говорить о всеобщей, каждого кто как может, человеческой выпендриваемости. Просто у поэтов образность и выпендриваемость переходят на иной качественный уровень. (А, скажем, у политиков --  на иной количественный, на количественно чрезмерный).

Со временем мы, возможно, сможем установить и количественную характеристику этой качественности.

 

На "роевую организацию" ответим строками классика:

...Лодейников прислушался. Над садом
Шел смутный шорох тысячи смертей.
Природа, обернувшаяся адом,
Свои дела вершила без затей.

Жук ел траву, жука клевала птица,
Хорек пил мозг из птичьей головы,
И страхом перекошенные лица
Ночных существ смотрели из травы.

Природы вековечная давильня
Соединяла смерть и бытие
В один клубок, но мысль была бессильна
Соединить два таинства ее...

На ваш комментарий хочу спросить словами этого же классика:

Зачем ты просишь новых впечатлений

И новых бурь, пытливая душа?

А то! 

   Преподаватели! Пустомели!
   Материки, это просто мели
   Моря. Родиться (цель —
   Множиться!) — сесть на мель.

И что? Хотите классика перекрыть классичихой?

Какие умные ребята. Просто не можно терпеть!

Паучайте лучше ваших паучат! (Буратино)

Ответ современника (на "и что"):)

   Ц. - моя женщина,
   З. - твой мужчина.
   Если надо причину,
   То это причина.

В самый раз вспомнить Уильяма Оккама.

В том смысле, что не умножать сущности?

О Маяковском уже забыли...

Как и о нашем земляке Данииле Марковиче Долинском, которому 15 июля

исполнилось бы 88 лет. Как и о юбилее Михаила Светлова, написавшего в

Ростове свою знаменитую "Гренаду". Спасибо Л.Ф. Тартынскому, вспомнил

в "Вечернем Ростове".

Долинский представлен в Ростовском Словаре! Смотрите букву Д в алфавите, или вот прямая ссылка http://rslovar.com/category/теги/долинский-даниил

Товарищ, насколько я понял, имел в виду не то, что он не представлен в словаре,

а намекнул на палиндромную дату.

Тогда о Маяковском.

Я качнул первую книгу В. Вареника "Ростов и ростовцы: путешествие в 1913 год" с сайта "Русский Юг". Но о Маяковском в тех главах, что на сайте выложены, почему-то ничего не обнаружил...

Может быть, насчет нарзана, мотивированного прорывом канализации, пояснено автором в недоступной нам второй книге "Ростов и ростовцы после 1917 года"?

В связи с канализационной темой. "Качнул" - прямо таки ассенизаторский термин.

Не только ассениз-, но и мелиораторский. :)

 

В давнем-давнем номере "Мелиоратора Дона"  Владимир Е. Рыжков писал:

   С годами прозренье
                      приходит, —
   такое жестокое, — к нам,
   и нас оно за руку водит,
   и судит по прежним делам.

 

   А если и этого мало,
   Коль нету нам меры иной —
   посмотрит устало-устало
   и тяжко качнет головой.

А что такое "Мелиоратор Дона" и с какого Парнаса туда

"прорвало" стихи?

Была такая многотиражная газета в одноименном институте на Буденновском-Московской

Исходник

Изображение

Вчера не пожалел дня, встретился с одним старым журналистом-краеведом Ростова, и вот

что удалось выяснить:

Газета "Мелиоратор Дона" была органом парткома объединения "Донводстрой" и её редак-

ция располагалась в помещении объединения по адресу Будённовский,17.  В связи с началом

строительства Константиновского гидроузла она была переименована в "Гидростроитель Дона".

На страницах газеты под рубрикой "Литературная страница" были в то время помещены подборки

стихов Владимира Маркина, Татьяны Лобанёвой, Любови Кузминой, Николая Донцова, Николая

Никонова, Игоря Иванова, Ивана Новицкого. Постоянными авторами были Сергей Королёв,

Анатолий Ансимов, Анатолий Азовский, Аршак Тер-Маркарьян, Анатолий Белодедов, Леонид

Тартынский, Василий Романовский и многие другие.

На страницах газеты до выхода отдельным изданием публиковалась книга Владимира Потапова

"Пылающие алтари". Трудно в это поверить, но в газете в те годы был опубликован рассказ

Альфреда Хейдока, по возвращении из Харбина в СССР в 1947 году осуждённого на 10 лет  "за

связь с английским шпионом Николаем Рерихом" и на долгие годы лишённого возможности

публиковать свои произведения. Владимиру Рыжкову, который и вёл "Литературную страницу",

удалось наладить переписку с 90-летним Хейдоком и получить от него рукопись рассказа и

фото автора, которое сопровождало публикацию. (Как удалось это "протащить" через цензуру и

не подвергнуться оргвыводам - загадка).

Оказывается, мир тесен. Так вот - художественным оформлением газеты занимался Евгений

Живицын, ныне известный поэт и художник.

К сожалению мой источник информации не знает, публиковались ли на страницах газеты

стихи Алексея Приймы, но то, что он, наезжая в Ростов, постоянно посещал редакцию - это

факт. Была как-то даже для него организована поездка в Константиновск, где он обследовал

острова по Дону в направлении Николаевки на наличие аномальных явлений. Гостем редакции

бывал и кинорежиссёр Сергей Стародубцев, который, как и Алексей Прийма, был другом

детства Рыжкова.

Вот такие интересные факты всплыли на волне моего любопытства. Вообще же тема многоти-

ражной печати тех лет неисчерпаема и полна наинтереснейших фактов. Кто бы только этим

занялся, пока ещё здравствуют участники и свидетели.

 

 

 

 

Вот что значит выбирать себе стезю, связанную с публичностью. Даже по прошествии

многих лет не пожалеют дня, вытащят все твои деяния на свет божий, не дадут

кануть в Лете.

Выходит, что не прав был Борхес, когда говорил,

что газетчик адресуется к забвению.

Прустово ложе.                                                                                                                                     %%darbin написал: вс, 28/07/2013 - 16:45
Выходит, что не прав был Борхес, когда говорил, что газетчик адресуется к забвению.%%

 

Борхес мог говорить это только "под сенью девушек в цвету", лежа на ложе Марселя Пруста:

      "И отнюдь не лишено вероятия, что если мы обратимся к тысячелетней истории человечества, то окажется, что и здесь точка зрения, согласно которой все на свете   сохраняется, вернее точки зрения газетчика, согласно которой все обречено на забвение."

 

 

 

Это мне напоминает СОНЕТ № 324 "а"  Евгения Жандра из сборника

"О, Тартынский". А именно следующие строки:

                               ...Тартынского встречал... Он мой собрат

                               

                               По страстному служению перу...

                               Он написал, мол, весь я не умру...

                               Что? Пушкин написал? Да быть не может!

 

                               Хотя под бабки спорить не берусь,

                               Но на Шекспира томе поклянусь:

                               Тартынский написал такое тоже.

      Словом, чтенья всегда в изобилии --
      Недосуг почитать лишь Вергилия,
      Говорят: здоровенный талант!
      Да еще не мешало б Горация --
      Тоже был, говорят, не без грации...
      А Шекспир, а Сенека, а Дант?

А поближе к современности? Скажем, "настроенье поэта Кубышкина".

Да и про статьи Кочерыжкина забывать не стоит. Захватывающее

чтение, доложу вам!

Интересно бы узнать, а Саша Чёрный бывал в Ростове?

Краеведы об этом не писали

Это вторая книга 2010 года выпуска

"Теперь мне стала понятна тайна его «лесенки»."

Ага, понятна :) Можно подумать, что такие фокусы с финасистами прохляют. Все строки всё равно выстраивались в одну, и платили именно за одну строку. Вот Хренников был дурак: взял бы и ставил вместо восьмых - четвертные, количество тактов увеличивалось бы вдвое! :) Я однажды спросил композиторов о такой возможности оплаты. Меня высмеяли: все эти фокусы давно известны со времён Глинки. :)

Я бы на Вашем месте в тексте по поводу оплаты сделал пометку о шутке а ля Маяковский.

А теперь подумайте: если бы Маковскому важно было количество строк, то он не лесенку бы делал, подчёркивая, что это ОДНА СТРОКА, а просто выравнивал строки по левому краю. А лесенку он придумал для того, чтоб легче было читать его стихи. Без лесенки от постоянных сбоев в ритме (у него ведь вовсе не силлабо-тоника) спотыкач неизбежен.

Александр Дюма нагонял строки в диалогах междометиями. Это историко-литературный факт.

- А-а! - сказала королева по-английски.

- О-о! - на чистейшем французском отвечал ей Портос.

Творческие люди-особая стать,их нельзя судить по общечеловеческим меркам!Да и люди ли они вообще?Скорее проводники божественного слова и если это слово переживает их ,то и они бессмертны!

Переходя в разряд слов. Остаются Слова: Гомер, Шекспир, Пушкин...

Отправить комментарий


Войти в словарь


Вход на сайт

Случайное фото

Начать худеть

7 уроков стройности
от Людмилы Симиненко

Получите бесплатный курс на свой e-mail