Мертвые голосят и голосуют

А А А

Мы живем в Средиземноморской цивилизации, которая теперь стала глобальной. Ойкумена, границы которой в начале очерчивались эллинскими периплами, распространилась на весь земной шар, образовав единое пространство. Однако для нас более важно, что цивилизация есть целое не только в пространстве, но и во времени. Благодаря этому она имеет историю. Всякая цивилизация заключена в своем Веке, или Эоне, обладающем внутренней связностью.

Эон – это не последовательность исчезающих и замещающих друг друга событий: это целое Истории, в котором все события существуют теперь, – как прошлые, так и будущие. Целость цивилизационного эона обнаруживает себя тем, что мы всякий день узнаем цену, которую нужно платить за груз Истории.

Жившие до нас не позволяют забыть себя. Тянут руки из могил, голосуют по современным проблемам. Выступают в действующих лицах мировой политики. Через них прошлое определяет современность.

Взглянув на современный политический кризис вокруг Украины, трудно не заметить несколько ключевых исторических парадигм, которые, возникнув в прошлом, действуют и теперь в обыденном и политическом сознании и на бессознательном уровне.

Первая и самая общая парадигма – это противопоставление эллинов и варваров. Варвары теперь в глазах романо-германского мира это славяне и, в особенности, русские.

Вторая парадигма, также идущая от эллинов, это противопоставление народа и тирана, демократии и тирании. Ярлыки тиранов носят теперь Хомении, Мадура, Ким Чен Ин, Путин, и так далее. С этим мышлением перекликаются демагогические лозунги Свободы, применяемые для внеправового свержения неугодных политиков и отсылающие к Великой Французской Революции.

Третья парадигма восходит к расколу Рима на восточный и западный Рим, и соответствующему расколу христианства на западную и восточную ортодоксию. В глазах наследников западного Рима, наследники Рима восточного суть схизматики, еретики, духовно отсталые люди, погрязшие в суевериях и обрядоверии. В целом Восточная Церковь рассматривается обычно как остаток Средневековья, преодоленного Западом.

Четвертая парадигма – Ливонская война против попыток русских варваров выйти на сцену европейского политического театра. До тех пор они были где-то под сценой, как части сценической машины, – желание загнать их обратно под сцену живо и теперь. Жива и сопряженная с нею ментальная мобилизация европейского общества против России. Вся новая и новейшая история Европы протекает в парадигме Ливонской войны. Регулярно формирующийся в Европе Drang nach Osten является активным обнаружением этой парадигмы.

Ни один такой поход на Восток не обходится без Польши, которая в ходе указанной войны (в широком понимании) перестала существовать как великая держава. Но историческая претензия поляков на главные роли в спектаклях, идущих на европейской сцене, сохранилась, вместе с ревнивой ненавистью к России, которая заняла место Польши.

Давно не существующая шляхетская Польша играет, тем не менее, большую роль в мире, умело становясь хвостом, который вертит большой политической собакой. Антирусская пассионарность таких деятелей, как Збигнев Бжезинский, например, возбуждала и направляла вялую волю глубоко провинциальной Северной Америки против Советского Союза. Именно ему европейский мир обязан появлению на мировой сцене мусульманских радикалов и объявленному ими Джихаду. Капризы истории таковы, что к идее всемирного халифата оказывается причастна шляхетская Польша XVII столетия.

Нынешняя гиперактивность польских политиков в Брюсселе по затрагивающим Россию вопросам, явно не соразмерная реальному весу Польши, также принадлежит ментально ожившему историческому прошлому.

Еще один политический мертвец, принимающий активное участие в европейских делах, Австро-Венгрия. Именно в лоне этой империи выпестовался центрально-европейский национализм. Австро-Венгрия распадалась по национальному признаку. Не всем народам, входившим в состав Австрийской Империи, удалось обрести национальную государственность. Это неудовлетворенное стремление законсервировало национализм как пассионарную почву отложенного государственного становления. В двадцатом веке национализм народов бывшей Австро-Венгрии легко соединился с немецким нацизмом. Среди этносов-неудачников в составе бывшей Австро-Венгрии оказались народы Западной Украины. В лице их активных представителей давно умершая Австро-Венгрия тянет теперь костлявые руки к горлу России, которая в ходе Новейшей Истории заняла в сознании «западэнцев» место Австрии.

Можно разглядеть еще немало теней прошлого, участвующих в определении нашего настоящего. Например, Крымские войны, в ходе которых Запад защищал своего заклятого врага Турцию, лишь бы не допустить Россию в Средиземноморье, колыбельное сердце Европы. это историческое прошлое живет, именно поэтому нет легче способа разношерстной Европе эмоционально объединиться, как в массовой русофобской истерии. Нужно лишь переиздать старые мифы в новой политической редакции. Они действуют на подсознательном уровне. Доказательств никто не требует, и никто не проверяет пропагандистский фабрикат. Ведь «правду» чувствую нутром! Кто может сомневаться в «русской угрозе»!?

 

За недостатком места мы не можем раскопать всех доныне действующих мертвецов и должны перейти к главному и ближайшему к нам по времени ископаемому чудовищу – Холодной войне Запада с Советским Союзом.

Союза уже нет, но война продолжается. СССР вышел из этой войны в ходе внутреннего развития русского цивилизационного проекта и распался – как будто война только и скрепляла его. В результате родились новые государства, и среди них – Россия. Это внутреннее преобразование СССР, в глубине которого лежали духовные процессы, было ложно воспринято Западом как победа в холодной войне.

Но, поскольку то была лишь видимость победы, она далась на удивление легко. Советский Союз оказался податливее самых смелых ожиданий. Эта легкость воодушевила «победителей». Пропагандистская ложь о «свободном мире», противопоставившем себя «тоталитаризму» оказалась неожиданно сильным оружием. И сила его стала соблазном. В мифы холодной войны поверили как в правду. Неожиданно западное общество узнало о себе, что оно есть такое; появилась единая идеология всего западного мира, восполнившая недостаток политической самоидентификации.

Это приобретение оказалось столь ценным, что никто не спешил с ним расстаться. И в самом деле, в рыночном обществе вдруг появилась тотальная компонента: с одной стороны – это возможность манипулировать обществом, то есть обратить на свое население мягкое оружие, которое было использовано для моральной демобилизации СССР; а с другой стороны – это огромный бизнес проект по выкачиванию денег из налогоплательщиков.

Естественно, что «победители» не успокоились и не разоружились. Они возжелали добить «врага» и воспользоваться плодами «победы». Ничего другого и нельзя было ожидать от мощных, разветвленных и влиятельнейших институтов холодной войны, которые вовсе не желали и не желают самораспускаться, – напротив, ищут и изобретают поводы для своего возобновления и расширения.

Россия, рассматриваемая и прокламируемая ими как «недобитый» СССР, стала, в связи с этим, жертвой информационной войны, пропагандисты которой очерняют и демонизируют новую Россию, гальванизируя этим все антирусские скелеты прошлого, припрятанные в европейских шкафах.

Стержневой лозунг пропаганды – «империя зла» не уничтожена, «тоталитаризм жив», Россия несет в себе потенцию восстановления СССР, Путин – новый Сталин, свобода в опасности!

К реальности эта политическая доктрина не имеет отношения: чистый идеологический фантом. Но его живучесть и распространенность свидетельствует о многом. Неукротимое стремление политической верхушки Запада сделать свою «победу» окончательной говорит о приверженности именно этой трактовке новейшей истории.

Разумеется, «война со злом», «империя зла» – это пропагандистское клише эпохи Рейгана, достойное разве что компьютерной игры. Его можно использовать, но верить в него всерьез нельзя. До эпохи «звездных войн» речь шла о мирном сосуществовании и мирном соревновании двух политико-экономических систем: в том числе и в области вооружений. Не было речи о Зле. Со стороны буржуазного общества было неприятие коммунизма, как политической альтернативы, и была борьба с ним, но все-таки это было соревнование; мировой агон перед лицом небесного Судьи. Для буржуазного Запада было важно победить именно в этом соревновании. И то был не вопрос войны с СССР, но – внутренний вопрос. Ведь коммунизм как альтернатива капитализму родился не в России: он родился на Западе и оттуда пришел в Россию. Фактически, Советская Россия была проектом европейских интеллектуалов: новая Атлантида, основанная на землях варваров. Она стала воплощением идейной альтернативы, существовавшей в Западном мире. Успех этого воплощения был страшен не внешней угрозой – СССР не был таковой – он был страшен возможной правотой левой западной интеллигенции, стоявшей на позициях коммунизма.

В XIX веке буржуазной Европе было выдвинуто обвинение и вынесен приговор. И кем? «Людьми интеллекта», выпестованными так называемым «средневековьем» в XIII-XIV веках. Адепты философского и мистического образа жизни, искатели духовного блаженства, достигаемого в полной отрешенности от всего тварного, возвысили свой голос из могил против «торжества самодостаточной посредственности». Свет «темных веков» пробился сквозь кладбищенские плиты и осветил европейскую сцену. Влияние этого света в души новоевропейской интеллигенции и сотворило главную коллизию века двадцатого – альтернативный буржуазному идеальный мир, воплощением которого и стала Советская Россия.

И важна была Страна Советов для западного общества не сама по себе, а как внешний аргумент внутренних обвинителей. Вот почему так необходимо было выиграть агон двух систем. Буржуазии было важно не уничтожить Россию, а доказать свою правоту в Суде Истории перед своими философами, интеллектуалами, наследниками Данте и Майстера Экхарта.

И вот на исходе века буржуа поняли, что выиграли соревнование! И только тогда, на праве стороны, победившей в споре, позволили себе обзывать и хулить проигравших, клеить на них ярлыки «мирового зла» и т.п. Справедливости ради нужно заметить, что вся эта вульгарная насмешка исходила только из провинциальных задворков Европы, то есть из США.

Сама Европа ощутила растерянность: доказала свою правоту, а уверенности в себе не прибавилось. Почему? Да просто потому, что «торжество самодостаточной посредственности» означает духовную смерть.

И опять виновата Россия! Она сильно подвела Запад тем, что перестала играть роль внешнего аргумента во внутреннем споре западного общества. Просто сошла со сцены, следуя своему собственному развитию, в котором роль осуществленного коммунизма была только ступенью. Юношеский этап воплощения западной утопии завершился, Россия стала самостоятельным политическим субъектом, более не привязанным к внутренней коллизии западного общества, и своим выходом из игры сильно подвела Запад.

Во-первых, он был разочарован. Во-вторых, своим исходом Россия способствовала иллюзии выигрыша в споре; иллюзии правоты там, где правоты быть не может – ведь никогда не права «самодостаточная посредственность».

Иллюзия правоты направила Запад на ложный путь менторства по отношению к России и, заодно, ко всему «четвертому миру». Позиция педеля, наказывающего школяра за невыученный урок, разумеется, не может быть понята ни одним духовно живым обществом. Тем более, что «гробы лакированные» не могут долго выдавать себя за живых людей.

Закончив на этом с тенями прошлого в настоящем, необходимо обратиться к будущему, ибо временная связность Эона цивилизации обнаруживается не только состоявшимся прошлым, но и несостоявшимся будущим. Не только события прошлого, но и события будущего, существующие в планах, упованиях, надеждах и футуристических проектах, влияют на настоящее. Так давайте же заглянем в будущее европейской цивилизации! Высунем головы за твердь настоящего, чтобы увидеть наше лучезарное будущее…. И – тут нас постигает разочарование. Мы видим только черную пустоту.

Еще совсем недавно, полвека тому, европейское человечество имело будущее, освещавшее трудное настоящее, то был коммунизм. Все жили только коммунизмом – и те, кто верил в его наступление, и те, кто с ним боролся. И когда фонарь будущего погас, все оказались в темноте, и потеряли путь. Верившие в коммунизм стали изображать из себя «свободных людей»: они просто заместили в своих головах коммунистический идеал мифом «свободного мира». Сам же свободный мир продолжил борьбу с коммунизмом, внеся необходимые поправки в образ противника. И здесь Запад и Восток разошлись. Восточные люди безуспешно пытаются доказать западным, что они такие же, свободные, а западные люди продолжают настаивать на том, что они все еще рабы, и ведут борьбу за их «освобождение»…. То есть, удерживаются в осмысленном прошлом, придающем смысл настоящему: прошлом, у которого было будущее.

У настоящего же будущего нет. Взгляните, что мы располагаем впереди на шкале времени: только апокалипсические видения – удар астероида, потепление климата, экологическая катастрофа, перенаселение Земли и тому подобное. Все это – не будущее. Это охранение нынешнего благополучия в виду опасностей, которые ему могут угрожать. Сознание филистера, охраняющего свое частное благополучие, стало массовым и определяющим. Оно всякий раз рождает вопрос: кто мешает нашему благополучию?; и ответ на него. Когда ответ получен – Россия, например, – пробуждаются вечно присущие массе обывателей гонительские стереотипы и репрезентации. Все дружно гонят «ведьму». Разумеется, этот эмоциональный настрой ускользает от сознания, прикрытый завесой демагогии. Однако, тот, кого гонят, не может не чувствовать угрозы. Как Христос Иисус, в свое время, он повторяет: вы хотите убить меня, вы хотите убить меня!

- Что ты выдумал?! Кто хочет убить тебя? – слышит он в ответ; но в результате всё же бывает убит.

Мертвые всегда гонят и убивают живых. Эта всегдашняя сторона народной жизни ускользает от проповедников народоправства, но не ускользает от хитрых политиков, которые используют косную силу масс.

Мертвое ненавидит живое, а старость не имеет будущего. У современной цивилизации нет никакого проекта будущего мира. Нет и принципа, могущего лечь в основу такого проекта. «Интересы Соединенных Штатов», очевидно, не могут служить этим принципом.

Перед лицом отсутствия будущего мир живет сомнамбулическим прошлым – Запад всё свергает тиранов, устраивает демократические революции и доводит до абсурда ценности демократии. Восток пребывает в сновидении Всемирного Халифата. Желающим проснуться придется выдержать натиск сомнамбул с обеих сторон.

 

Андрей Незванов

Карта XV века, изображающая описание Ойкумены Птолемеем

 

 

 

Было интересно? Скажите спасибо, нажав на кнопку "Поделиться" и расскажите друзьям:

Количество просмотров: 947



Комментарии:

Глубоко копает автор. В этом ему не откажешь. Анализ произведён, но где же свет в конце туннеля? Где надежда, черт подери!?

Автор прав - будущие апокалипсисы онастахренели. Почему нет устойчивой веры в преодолении всех напастей, в здравый смысл, а изобретение новых энергетических источников, в разумное использование земельных ресурсов? "Ученые", как бы с издёвкой придумывают всё новые и новые опасности. Где искать душевного спокойствия? В семье, в любви, в  терпимости, в незлобливости... Ведь всё в наших руках, пока звезда по имени Солнце светит.

Вот и Крым показал всем нам, что можно добиться, если захотеть по-настоящему. В этом историческом факте - огромный позитивный потенциал!

Если рассуждать в рамках тюбингов метафоры туннеля -- автор копает далеко. Но это далеко уведет нас от того, что автор копает в сторону мертвых, а там глубина стандартна. :)

О, да: мёртвые с косами стоят... и тишина...

Не слишком ли сложная схема? И что она доказывает? Что коммунизм неприемлем только потому, что это противоречит "интересам США"? А на самом деле обе экономические схемы не так уж и разнятся. Значит, дело не в схеме? Иногда кажется, что никакой стратегии в действиях США нет и в помине. Только тактика. Сегодня очень важно, чтоб Россия разругалась с Европой. Это очень важно для США, и им это удаётся. Любопытно, если Китай заставят играть в игру США, то после Европы и России настанет и его черёд. А что дальше? Куда тащат США мир?

Мне представляется стратегия США в одном - Американцы самые-самые во всём! Первая скрипка в мире, короче, и России это место не отдаст. Мы, собственно, не претендуем, только к нам не лезте. 

Ну дурак я,  помогите разобраться !  Что я и мои родственники должны делать?

Любить Украину и сало?   Уважать их лидеров или плевать им в след?

Как всегда в  России:  "Что делать? "  и  "Кто виноват?"

Жду Вашего совета, россиянин  Игорь

К слову, спрашивал у молодежи, младше 20 лет ассоциации со словом "нахалёнок"!  

Не поверите: из 50-ти  ни один не связал это с именем М.А.Шолохова......

Пустота....       Где и с кем рядом я живу и существую  ?????

Где? А просто ценности поменялись. Молодёжи пофиг "Нахалёнок, его судьба их не волнует.

И до 1925 года люди жили, и после 2925-го тоже жить, надеюсь, будут. Только уже совсем другие. Никто всерьез не считает, что каждый новый читатель стоит выше на эволюционной ступени -- вряд ли следует считать вышестоящим и каждого нового писателя, даже самого талантливого. Культура носит служебный характер, она обслуживает потребности ныне живущих, и не только высокие, но и средние, и даже те, что ниже пояса и ниже сапога.

В идеале, рано или поздно, все равно "волк и ягненок будут пастись вместе, и лев, как вол, будет есть солому, а для змея прах будет пищею..."  Но для большинства -- поздно! :)

Эволюционные ступени никуда не вели, не ведут, а потому никуда и не приведут, как и

лестница в небо. Чисто умозрительная конструкция, метафора с негативным окрасом.

А мне сдается (карта), что эволюционную ступеньку наблюдает каждый родитель, глядя на своего ребенка. Одну ступеньку, две, три -- кому как ляжет (карта)!  :)

Игорь, подождите выборов в мае. А насчет Михаила Александровича, если их в школе не учат, так что ж вы хотите...

Сделать свой выбор, не дожидаясь выборов, имеет право каждый, кому не запрещает вера. Но только один раз в жизни.

Отправить комментарий


Войти в словарь


Вход на сайт

Случайное фото

Начать худеть

7 уроков стройности
от Людмилы Симиненко

Получите бесплатный курс на свой e-mail