На главной картине Семёна Скопцова остались свежие краски

А А А
 
Замечательный ростовский художник написал целую галерею портретов известных и не очень горожан
 
15 февраля исполнилось столетие со дня рождения выдающегося ростовского живописца Семена Сергеевича Скопцова. Это человек оставил большое наследие в культуре южной столицы, и по праву считается одним из лучших художников Дона.
 
 
ЛИК ЕСЕНИНА
 
Одним из близких друзей С.С. Скопцова был искусствовед, заслуженный работник культуры России Валерий Васильевич Рязанов. Вот что он вспоминает о живописце:
 
- Среди работ Семена Скопцова я бы на первое место поставил портрет Есенина. Художник писал поэта на протяжении всей своей творческой жизни - несколько десятков лет. Когда я заходил в мастерскую Семена, то видел, что портрет Есенина, стоявший на самом видном месте, опять выглядит по другому. Иное положение рук, головы, изменилась а цветовая гамма...
 
- Ты снова над ним работал?
 
- Я, наверное, никогда его не закончу, - отвечал художник.
 
ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ
 
О себе Семен Скопцов говорил так: «Я родился в Ростове, в год Великого Октября, на улице Красных Зорь, и всю жизнь люблю эту улицу!». Сейчас сложно представить, но Семен стал 21-м (двадцать первым!) ребенком в семье простых ростовцев. Отец Скопцова был столяром-краснодеревщиком. После его безвременного ухода из жизни большой семье пришлось тяжко. Сыпной тиф, свирепствовавший в годы Гражданской войны, проредил семейство, унеся жизни нескольких старших братьев и сестер.
 
Воспитанием оставшихся детей занялся дед. Он научил Семена бондарному делу, а впоследствии пристроил подмастерьем на «пастуховский» завод, где сам работал литейщиком. Отдушиной в ранней трудовой жизни подростка стал Дон, недалеко от которого проживала вся семья. Семен убегал на берег, подолгу бродил по набережной, сидел на кнехтах, которые отливал его дед. Именно там зародилась мечта стать художником.
 
В 1932 году Семен Скопцов поступил в Ростовский художественный техникум (будущая знаменитая «грековка»). Одним из преподавателей был знаменитый в те годы живописец В.Л. Муравьев, впервые объяснивший юноше, что такое «живописный тон» и «воздух» в картине, как правильно держать кисть и смешивать краски.
 
В 30-е годы в техникуме училось много талантливой молодежи, заложившей основы художественной культуры на Дону. Ночи напролет, при свечах до зари, юноши и девушки спорили об искусстве, слушали музыку Рахманинова, писали и читали стихи. Семен Скопцов встречался с признанными мастерами живописи - Иваном Ивановичем Крыловым и Митрофаном Борисовичем Грековым. А в годы учебы в Московском институте имени В.И. Сурикова его преподавателем был знаменитый Игорь Эммануилович Грабарь.
 
КАРТИНЩИК И ЕГО МУЗА
 
Война круто изменила жизнь Семена Скопцова. Из-за слабого зрения он оказался непригоден к службе в армии, но вместе с другими студентами художественного института рыл окопы под Москвой, затем был эвакуирован в Самарканд. Семен тяжело переживал гибель брата, который защищал Ростов. Ряд полотен Скопцова был посвящен военной тематике, а его дипломная работа называлась «Партизаны».
 
В 1951 году Семен Скопцов вернулся в родной город. Выпускник «суриковки» сразу окунулся в гуще творческой и общественной жизни. Областные, зональные, республиканские и крупные персональные выставки следовали одна за другой.
 
Семен Скопцов был уже не один: в его жизнь вошла настоящая Муза - талантливая ростовская художница, писательница, поэтесса Людмила Скопцова.
 
Семен Сергеевич называл себя не художником, а «картинщиком». Его по-настоящему любили учащиеся «грековского» училища, где он преподавал. Легкий, чуть ироничный характер Скопцова притягивал к нему людей. Он никогда не повышал голос на провинившегося ученика, а замечания делал с безобидным юмором. Многие ростовские художники помнят наставления Скопцова (которые он сам получил от своих учителей - как размешивать краски на палитре, как «писать тени, не черные, как сапог, а прозрачные».
 
Мастерская Семена и Людмилы Скопцовых находилась в «доме художников» - пятиэтажке на Комсомольской площади. Она превратилась в настоящий клуб, где собирались творческие люди Ростова. Здесь постоянно сидели гости, пили чай, курили, Семен Сергеевич играл на гитаре. До хрипоты спорили об искусстве. Ростовчане, посещавшие эту квартиру, оставались на портретных полотнах. И эта галерея известных людей нашего города по-настоящему обессмертила имя Семена Скопцова.
 
ЛИЦА И ЛИКИ ЭПОХИ
 
Можно долго спорить об отличиях живописного портрета и фотографии. Однако, при взгляде на портреты написанные Семеном Скопцовым, ничего далее объяснять не нужно. Настоящий художник на просто изображает лица, он рисует характер, показывает душу и суть человека. Галерея замечательных ростовчан, написанная С.С. Скопцовым, стала уникальным вкладом в художественное достояние южной столицы, заметным вкладом в ее историю.
 
Вот портрет известного художника Акима Ованесова (который сам является признанным мастером, автором ряда картин по истории Ростова, Нахичевани, а также многострадального армянского народа). Аким Карпович сидит, оперевшись ладонями на широко расставленные колени. Лицо умудренного жизнью человека светло и слегка печально. Иным и не мог быть этот живописец, писавший страшные по своей сути картины о геноциде армян в Турции 1915 года.
 
И в советское время были люди, которых сегодня называют меценатами. Один из них - ростовчанин П.И. Крамер - банковский работник, знаток и тонкий ценитель искусства, который приобретал картины ростовских художников. Крамер любил посещать мастерскую Скопцовых, чтобы принять участие в творческих диспутах. Семен Сергеевич мастерски выписал его характер. Невысокий полноватый человек вальяжно развалился в удобном кресле. Внешне он замкнут, но ладони с длинными артистичными пальцами выдают в нем художественную натуру. Погруженный в себя, рассуждающий и умный человек...
 
Портрет поэта Ашота Гарнакерьяна тоже был сделан в мастерской. Жесткий волевой взгляд (а-ля Маяковский), сжатые губы, дымящаяся папироса между твердых пальцев говорят, что этот человек всегда прямолинеен, а стих его рубленый и звонкий. И вправду, именно таким был Ашот Георгиевич - один из лучших поэтов в ростовской антологии!
 
Классическим стал и портрет ростовского композитора А.П. Артамонова. Алексей Павлович (музыка которого вошла в мировую сокровищницу) тоже был другом семьи Скопцовых. На картине он изображен сидящим у фортепьяно, на мгновенье оторвавшись от нот. Сегодня этот портрет украшает музыкальную школу имени Артамонова в Ленинском районе.
 
Галерея портретов, написанных Семеном Скопцовым, состоит из многих десятков лиц - известных, и не очень. Вот поэты Виктор Стрелков и Александр Рогачев (который под влиянием Скопцова написал поэму «Возвышение Андрея Рублева»), буденновец-первоконник Н.В. Казаков, балалаечник и фольклорист В.В. Андреев, большевик-орденоносец А.П. Копцев, ученый-химик Н.Н. Карганов, журналист Леонид Анисимов, композитор Павел Гутин и рабочий Борис Якименко...
 
И конечно, целый ряд портретов писателя Михаила Шолохова, с которым Семен Скопцов был хорошо знаком и не раз приезжал к нему погостить в станицу Вешенскую.
 
О СКВОРЦАХ И ЛЮДЯХ
 
Искусствовед В.В. Рязанов помнит целый ряд житейских историй, прекрасно характеризующих человеческие качества С.С. Скопцова.
 
- Семен был очень очень коммуникабельный человек, а одной из его «фишек» была страсть держать певчих птичек. Кроме многочисленных канареек, у него был говорящий скворец Яша. И вот, уезжая летом на море, Семен упросил меня взять на месяц этого Яшу на содержание. Я согласился, поскольку сам являюсь «птичником». Квартира у меня небольшая, и я нашел место для яшиной клетки в углу, рядом с книжными шкафами. Проходит несколько дней, я берусь чистить клетку, и с удивлением вижу, что уборка не требуется, хотя кормил я скворца исправно! И только тогда заметил, что Яша, как настоящий скворец из интеллигентной семьи гадил не в клетку, а за ее пределы - прямо на шкаф с моими книгами, где стояли очень ценные экземпляры! Тогда я очень рассердился. Открыл окно, и выпустил Яшу на волю.
Приехал Скопцов и первым делом ко мне: «Где Яша?»
- Понимаешь, Семен, над домом кружилась стая скворцов, и Яша начал так тосковать, что я не выдержал, выпустил его из клетки.
- И правильно поступил! - горячо поддержал Скопцов...
 
... - К нему по наитию приходили изумительные по выразительности стихи, - продолжает рассказ В.В. Рязанов. - Однажды мы с ним проходили по площади Советов, где в кронах деревьев тогда поселилась целая колония тех же скворцов. Семен заметил мертвую птицу, которая зацепилась за что-то лапами и повисла на ветке. На Скопцова эта картина произвела тяжелое впечатление. Он смотрел некоторое время на этого скворца, а потом выдал мне целое стихотворение, которое начиналось словами «Я видел птиц, висевших головою вниз»...
 
- В 70-е годы отношение к сотрудникам милиции было совершенно иным, нежели сейчас, - говорит В.В. Рязанов. - У нас были два известных всему Ростову милиционера: это старшина Попик, двухметровый постовой, дежуривший на перекрестке Энгельса и Буденновского, и еще один, с погонами капитана и боевыми орденами (не знаю его фамилии). Очень колоритный офицер, который постоянно прохаживался между Ворошиловским и Буденновским, наблюдая за общественным порядком...
Однажды мы шли с Семеном мимо парка Горького, а через дорогу, у магазина «Динамо», шел этот капитан. Скопцов, находившийся в хорошем настроении, вдруг рванулся через проезжую часть прямо к офицеру, и закричал ему: «Я вижу, что вы очень хороший человек. Я хочу прочитать вам мои стихи!». И тут же громко, на всю улицу, стал декламировать. Вокруг них собралась большая толпа. Потрясенный капитан отдал честь, приложив руку к козырьку фуражки. А Семен, закончив чтение стихов, перебежал обратно через дорогу, и мы продолжили наш путь...
 
ЖИВЫЕ КРАСКИ
 
Семен Сергеевич Скопцов был настоящим сыном советской эпохи. Романтик, трудоголик, целеустремленный и талантливый творец, свято верящий, что красота способна спасти наш мир, сделать его лучше. Его прекрасно характеризуют написанные им, пронзительные по экспрессии стихи:
 
Есть в творчестве таинственная сила!
Какое счастье заглянуть вперед,
Увидеть жизнь особенно красивой
И ощутить души своей полет.
 
И мучиться бессонными ночами,
Оттачивая мыслей острие,
Сверять детали замысла, начала,
Выкладывать все существо свое.
 
Как и предсказывал Скопцов, остался незавершенным главный его труд - портрет Сергея Есенина. «Есенин всегда живой, я не хочу, чтобы Есенин засох и умирал», - так говорил Семен Сергеевич.
 
 
И 20 апреля 1998 года, когда его не стало, портрет Есенина по-прежнему стоял в центре мастерской Скопцова, и на нем лежали свежие краски.
 
Александр Оленев (текст).
Публикация - газета "Вечерний Ростов".
 
Рекомендуем: 
Нет
Было интересно? Скажите спасибо, нажав на кнопку "Поделиться" и расскажите друзьям:

Количество просмотров: 256



Вход на сайт

Случайное фото

Начать худеть

7 уроков стройности
от Людмилы Симиненко

Получите бесплатный курс на свой e-mail