Память о донском казаке хранит сербский Вишеград (Геннадий Котов)

А А А
 
Двое казаков ростовского 96-го казачьего полка - Евгений Когут и Егор Шульгин - совершили поездку в сербский город Вишеград, чтобы посетить могилу нашего земляка Геннадия Котова, который добровольцем принимал участие в вооруженном конфликте в Югославии и погиб в одном из боев в 1993 году.
 
Имя Геннадия Котова стало знаковым в новейшей истории донского казачества. Еще учась на историческом факультете Ростовского госуниверситета он активно участвовал во всех «горячих» событиях, которые станичники организовывали в южной столице. Осенью 1992 года Геннадий Котов был в рядах казаков, которые заняли «дом Парамонова» (бывший Дом политпроса) на улице Суворова. Тогда казаки впервые заявили о себе как об организованной реальной силе.
 
Именно в «дом Парамонова», где был устроен казачий штаб, приезжал офицер сербской армии с просьбой к донским казакам о помощи. Как известно, в начале 90-х вместе с распадом СССР стала разваливаться и Югославия. Некогда единый народ вдруг разделился по религиозному признаку. Хорваты-католики, боснийцы-мусульмане и православные сербы встали по разные стороны баррикад и принялись стрелять друг в друга, причем уровень жестокости на этой гражданской войне был необычайно высоким. Донские казаки решили помочь братьям по вере. Добровольцев ехать в Югославию тогда вызвалось 59 человек. Хотели и сербам помочь, и Европу посмотреть. Но легкого путешествия не получилось. Наши ребята попали на настоящую войну.
 
Казак Геннадий Котов
 
Геннадия Котова казаки сразу признали своим командиром. Он вырос в семье военного, и армейская жилка была у него в крови. К тому же имелся опыт службы в Воздушно-десантных войсках. По вспоминаниям бывших добровольцев, Котов умел без крика, без апломба, распорядиться так, что все казаки подчинялись ему беспрекословно. При этом Геннадий не отличался особыми физическими данными. Он был среднего роста, худощавый. Но у него была аура, которая притягивала других людей. Еще он был творческим человеком: вел дневники, хотел написать книгу о современном казачестве.
 
Геннадий Котов погиб 9 февраля 1993 года, когда его отряд, вышедший на разведку в горы недалеко от Вишеграда, попал в засаду. Командир шел впереди. Одна из первых пуль пришлась прямо ему в сердце. Казаки приняли бой и сумели вынести тело командира.
 
Гену Котова с воинскими почестями похоронили на мемориальном кладбище Вишеграда. На его могиле были высечены пронзительные строки:
 
«Не верьте, братцы, смерти нет,
Из душ сплетается рассвет.
И будет снова озарен
Младенца непорочный сон...
Спи спокойно, сын Дона»
 
Позже, по настоянию семьи, тело Геннадия Котова было эксгумировано и перезахоронено в Волгодонске, откуда он родом. Но сербы не стали убирать пустую могилу. Она стала памятником донскому казаку, отдавшему жизнь за сербский народ.
 
Кладбище Вишеграда, могила Гены Котова
 
- Мы читали книги о Гене Котове, слышали о нем много рассказов от тех, кто воевал в Югославии. И как только предоставилась возможность, твердо решили посетить могилу и отдать долг памяти нашему земляку, - рассказал казак 96-го полка Евгений Когут.
 
Он вместе с товарищем (тоже казаком) Егором Шульгиным находился в Сербии во время деловой поездки. Но как только выдался свободный день, наши земляки арендовали машину и поехали в Вишеград, который сейчас находится в сербском анклаве республики Босния и Герцеговина.
 
- Войны между боснийцами и сербами сейчас нет, но напряженность сохраняется. Сейчас там живут по принципу: худой мир лучше большой ссоры. Мы благополучно проехали мусульманский город Горажде. Дорога в горах заняла больше времени, чем мы рассчитывали. В сербский Вишеград мы приехали, когда начали сгущаться сумерки, - говорит Евгений Когут.
 
- Сербы помнят наших добровольцев, и любят русских совершенно искренне. В этом мы убедились, когда остановились на местной автозаправке. Лишь только узнав, что донские казаки едут навестить могилу Гены Котова, нам принялись совать деньги - на цветы и свечи, хотели бесплатно заправить машину. Мы были тронуты таким проявлением чувств, но все-таким заправились за свои деньги, - говорит Егор Шульгин.
 
 
Кладбищенский храм был уже закрыт, но местный священник сразу прибежал из дома, как только услышал о гостях из России. На центральной аллее небольшого (примерно сотня надгробий) военного кладбища похоронены Геннадий Котов, другой наш земляк - казак Василий Ганиевский, погибший при штурме села села Твртковичи, и еще трое добровольцев из России. Как отметили казаки, надгробия содержатся в идеальном состоянии, кладбище очень чистое, ухоженное. На могилах наших ребят лежит цветы. Видно, что сюда приходят люди.
 
 
Евгений Когут и Егор Шульгин уже в сумерках зажгли шесть свечей: пятеро за помин души наших земляков-россиян, а шестую свечу - за погибших сербов.
 
- Всех погибших добровольцев в Вишеграде помнят поименно, поддерживают контакты с их семьями в России, - говорит Евгений Когут. - В сербских школах учат русский язык. Мы были потрясены, когда двое молодых людей - юноша и девушка - запели нам песню «Вишеградская ночь» Константина Ундрова. Кстати, Костя тоже воевал добровольцем в этих местах.
 
Священник настоял, чтобы гости с Дона выпили поминальную рюмочку местной водки - ракии. Уезжали к кладбища уже ночью. И надо же - на выезде из Вишеграда машину с россиянами остановили местные гаишники.
- Офицер сразу почувствовал запах спиртного, хотя я едва пригубил напиток. Но, увидев российские права, и узнав, что мы посещали могилы добровольцев на мемориальном кладбище, козырнул и махнул рукой: езжайте дальше. Недаром одна из улиц Вишеграда носит название Козачка - в честь донских казаков, воевавших здесь в 1992-1993 годах, - закончил свой рассказ Евгений Когут.
 
Александр ОЛЕНЕВ.
(Публикация - газета "Вечерний Ростов", 29.11.2016).
 
Рекомендуем: 
Нет
Было интересно? Скажите спасибо, нажав на кнопку "Поделиться" и расскажите друзьям:

Количество просмотров: 221



Вход на сайт

Случайное фото