Поэт творил на Соловках (Юрий Казарновский)

А А А

 

Недавно по телевизионному каналу «Культура» был показан документальный фильм о судьбе и творчестве известного российского академика, литератора, лингвиста Дмитрия Сергеевича Лихачева. Это своего рода исповедь, подведение итогов жизненного пути… Один из самых трогательных, запоминающихся эпизодов монолога связан с талантливым ростовским поэтом Юрием Казарновским, вместе с которым Дмитрий Лихачев томился в Соловецком лагере.

 

В 1928 году будущий знаменитый ученый был арестован за участие в студенческом кружке «Космическая академия наук» и до 1931-го находился в Соловецком лагере особого назначения. Об ужасах и лишениях, которые ему пришлось пережить, он и рассказал в документальном фильме «Дмитрий Лихачев. Я вспоминаю».

 

О друге-поэте академик также написал в своей «Книге беспокойств»: «Мы звали его на Соловках Юрка Казарновский. Он был великий озорник, насколько это было возможно в лагерных условиях. Начальство в лагере было глупое и необразованное. Казарновский работал в культурно-воспитательной части. Во главе ее стоял совершенно неграмотный северянин».

 

Юрий Казарновский родился в Ростове-на-Дону в 1904 году. Был арестован в конце 1926-го. С 1928 по 1932 годы находился в лагере на Соловках. В 1936 году издал единственную свою книгу, «Стихи». Повторно Казарновский был арестован в 1937 году. Прошел Колыму, Мариинские лагеря.

 

Юрий Казарновский был популярным поэтом в лагерной среде. Его стихи печатались и в журнале «Соловецкие острова», издававшемся Управлением Соловецких лагерей особого назначения ОГПУ. Удивительно, но при Сталине журнал «Соловецкие острова» выходил немалым тиражом и распространялся по всей стране. Более того, на него была даже объявлена подписка!

 

Первый номер в 1924 году вышел в количестве всего 17 экземпляров, но два года спустя у него был тираж 900 экземпляров, и он продолжал расти! Видимо, тогда советская власть хотела показать населению страны, какой «чудесный и творчески насыщенной жизнью» живут заключенные. Журнал распространяли даже за рубежом.

 

Первоначально журнал назывался «СЛОН» (Соловецкие Лагеря Особого Назначения). Потом его переименовали в «Соловецкие острова». Последний номер журнала вышел в 1930 году. Вероятно, власти посчитали, что с творчеством заключенных пора заканчивать.

 

В судьбе ростовского поэта Юрия Казарновского, одного из авторов «Соловецких островов», есть еще одна интересная деталь. Он был последним, кто видел живым Осипа Мандельштама! Об этом также написал в своих воспоминаниях академик Дмитрий Сергеевич Лихачев: «Он был, кстати, последним, кто видел О.Э. Мандельштама в лагере в Сучане. Надежда Яковлевна Мандельштам пыталась извлечь из него хоть какие-то сведения о своем покойном муже: тщетно! Юлий Алексеевич не соображал уже ничего…»

 

 

Юрий Казарновский был реабилитирован в 1955 году – еще при жизни. Дальнейшая его судьба неизвестна. В различных источниках под датой смерти стоит 1960 год, но под вопросом. Идут даже споры об отчестве Юрия Казарновского. Некоторые авторы считают, что по отчеству он был не Алексеевичем, как написал академик Лихачев, а Александровичем.

 

Как сложилась жизнь ростовского поэта после реабилитации, мне установить не удалось…

 

Мы должны быть благодарны академику Д.С. Лихачеву еще и за то, что он оставил свои воспоминания о нашем талантливом земляке. Недаром самого Дмитрия Сергеевича называли совестью нации! Он считал: «В жизни надо иметь свое служение – служение какому-то делу. Пусть это дело будет маленьким, оно станет большим, если будешь ему верен». Как мы видим, академик был верен и своему делу, и своим лагерным друзьям, имена которых увековечил в мемуарах.

 

Георгий БАГДЫКОВ.

 

Было интересно? Скажите спасибо, нажав на кнопку "Поделиться" и расскажите друзьям:

Количество просмотров: 421



Комментарии:

Ты жива еще, моя старушка,
Жив и я, привет тебе, привет.
Получил в посылке я подушку
И цилиндр с парою штиблет.

Слышал я, тая тоску во взоре,
Ты взгрустнула шибко обо мне,
Ты так часто ходишь к прокурору
В старомодном ветхом шушуне.

Ничего, родная, успокойся,
Не грусти на дальнем берегу,
Я хотя отчаянный пропойца,
Но без водки выжить не могу.

Я по-прежнему такой же нежный,
И мечта одна лишь в сердце есть,
Чтоб скорей от этой вьюги снежной
Возвратиться к нам, где минус шесть.

Я приду, когда раскинет ветви
Сад, купаясь в розовости вод,
Только ты меня уж на рассвете,
Не буди, как в роте на развод.

Не томи меня печальным взором,
Не грусти так шибко обо мне,
Не ходи так часто к прокурору
В старомодном ветхом шушуне.

 

В сборниках помещают эту пародию Юрия Казарновского как будто бы опубликованную в 1929 году в лагерном журнале «Соловецкие острова».

Помнится, строки "не ходи так часто к прокурору в старомодном ветхом шушуне" были в юные ростовские годы у нас на слуху. Впрочем, память может и подвести...

"Начальство" глупое" в 1930-м... Что ж, дали сравнить в 1937-м... Те ещё затейники сидели в НКВД....

Отправить комментарий


Войти в словарь


Вход на сайт

Случайное фото

Начать худеть

7 уроков стройности
от Людмилы Симиненко

Получите бесплатный курс на свой e-mail