Профессор Ян Пантюхин: пси-волна и опыты левитации

А А А

 

Опыты ростовчанина Яна Пантюхина порой переходили за грань обычного. К сожалению, о них сегодня почти ничего неизвестно.
 
Не так давно мне в руки попала книга Александра Горбовского "Колдуны, целители, пророки", изданная московским издательством "Мысль" в 1993 году. Перелистывая ее, наткнулся на свидетельство об интересных опытах, проводившихся в 1980-х годах в Чечено-Ингушском государственном университете (город Грозный), на кафедре психологии, в лаборатории профессора Яна Владимировича Пантюхина. Это были эксперименты по снижению и исчезновению веса у человека, или попросту говоря, левитации. Вот что говорится в книге А. Горбовского:
 
"Идет сеанс гипноза. Испытуемый располагается в кресле, которое стоит на плоских напольных весах. На табло горит цифра, выражающая вес испытуемого. Звучит голос гипнотизера:
- Вы находитесь в космическом корабле. Когда корабль выйдет на орбиту, вы придете в состояние невесомости. Я предупрежу вас, когда это случится. Будьте готовы. Внимание: Раз! Два! Три!
При счете "три" цифры на индикаторе дрогнули и сместились. Испытатели не верили своим глазам! Вес исчез! Хотя это продолжалось секунду-другую, эффект был! Человек стал невесомым. Результат этого эксперимента был зафиксирован соответствующим актом".
 
Далее сообщалось, что Я.В. Пантюхин уехал из Грозного и проживает в Ростове-на-Дону. В газете "Вечерний Ростов" мною была опубликована заметка с просьбой отозваться Я.В. Пантюхина, или тех, кто о нем знает.
 
Оказалось, что Ян Владимирович, к сожалению, скончался в 2000 году. Но я повстречался с его вдовой Светланой Ивановной Коханой, а также с Виктором Ивановичем Мовчаном, который тесно сотрудничал с Пантюхиным на протяжении ряда лет. Оказалось, что фамилию Яна Владимировича также хорошо знают и в научных кругах Ростова. Все говорят, что это был удивительный человек, и проводил он не менее удивительные эксперименты.
 
Пантюхин Ян ВладимировичЯн Владимирович родился в Киеве в 1931 году. Там же окончил военное училище. А служить попал в Ростов, в Ракетно-артиллерийское училище (так тогда назывался Ростовский военный институт ракетных войск). Руководил учебной лабораторией на радиотехническом факультете.
 
- В начале 60-х годов, когда я выпустился из училища, все было настолько засекречено, что и название РАУ не употреблялось, - говорит В.И. Мовчан. - Была просто войсковая часть под номером 86682. Я остался служить в училище, попал в учебную лабораторию, и Ян Пантюхин, тогда в звании капитана, был моим начальником. Как только я пришел на новое место работы, он провел со мной собеседование. Суть его сводилась к тому, что надо двигать науку, постоянно искать новые темы. Он и сам был такой: в вечном поиске чего-то нового.
 
В.И. Мовчан вспоминает, что в Яне Владимировиче с первых минут общения чувствовался талант настоящего организатора. Тогда разрешалось брать хоздоговорные заказы, и благодаря коммерческой жилке Пантюхина, сотрудники лаборатории имели существенный приработок к зарплате. В учебно-опытных мастерских заказы Пантюхина делали в первую очередь: к стопке чертежей он обычно прилагал стопку наличности.
Когда в РАУ запретили заниматься хоздоговорной деятельностью, Пантюхин всерьез задумался о работе на гражданке. В 1973 году Ян Владимирович подал рапорт об увольнении из армии по состоянию здоровья. Он уже был подполковником и старшим преподавателем.
 
Случилось так, что в этом же году в РАУ был закрыт и радиотехнический факультет. Спецы-радиотехники стали не нужны ракетным войскам. Радиотехнические системы управления были громоздкими, легко уязвимыми, и конструкторы стали разрабатывать автономные бортовые системы управления ракетами…
Факультета не стало, но оставалась лаборатория, в которой было множество уникальных измерительных приборов, которые не являлись секретными. Полностью в духе советских времен всю эту лабораторную базу было предложено передать в какой-нибудь вуз или научно-исследовательский центр. Этим и занялся Я.В. Пантюхин, как раз перед своим увольнением. Погрузил аппаратуру на грузовик, вывез за ворота РАУ…
 
Официально после увольнения Я.В. Пантюхин устроился работать в Ростовский онкологический институт. Но основное его дело было совсем другим. Он снял небольшой частный дом в районе Нариманова, и там развернул свою собственную научно-исследовательскую лабораторию. Там и пригодились те приборы, что были списаны из РАУ…
Пантюхин быстро создает свою команду из ученых и научных сотрудников, в которую входили кандидаты наук и даже профессора. Лаборатория выполняла те же хоздоговорные заказы…
 
Ян Владимирович Пантюхин умел мыслить нестандартно. Он пытался найти что-то новое на стыке медицины и технических наук. Особое его увлечение - влияние сверхвысокочастотного излучения на организм человека. 
 
В советское время наука процветала. Бюджеты многочисленных научно-исследовательских институтов исчислялись миллионами рублей, выделенных на науку. Зачастую институты просто не могли освоить эти гигантские средства, и тогда искали подрядчиков: исследовательские лаборатории, которые могли бы предложить какой-то интересный проект. Маленькая лаборатория на Нариманова бралась как раз за такие подряды. И Ян Владимирович заключал сделки на гигантские по тем временам суммы.
 
Он активно взялся осваивать бальнеологическое направление: заключал договора с курортами Северного Кавказа на исследование их минеральных вод и лечебных грязей. В лаборатории их проверяли на наличие радиации или вредных веществ. «Вот мы облучим сейчас вашу минеральную водичку СВЧ-полем, молекулы повернутся по-другому, и ее лечебные свойства станут лучше», - убеждал Ян Владимирович заказчиков. Те с уважением поглядывали на непонятные приборы, которые жужжали, помигивали контрольными лампочками. Возле них сидели солидные люди в белых халатах, с учеными званиями. Как можно было не подписать миллионный контракт в такой обстановке?
 
Любопытно, что в самый разгар советской эпохи, когда даже не пахло кооперативным движением, Пантюхин сумел создать в Ростове фактически частную лабораторию, и привлечь туда высококвалифицированный научный коллектив. Это еще раз свидетельствует о его организаторских задатках.
 
- Я повстречал Яна Владимировича в этот период, - рассказывает В.И. Мовчан. - Мы были друзья, и он затащил меня к себе попить чаю. Говорил: бросай, брат, армию, приходи, будем работать вместе! Я спросил его: почему он до сих пор не защитил кандидатскую диссертацию? В ответ он показал один из отчетов: исполнителями там были профессора и кандидаты наук. А фамилия Пантюхина стояла наверху: он значился руководителем работ. Научную степень он так и не защитил до конца жизни. Хотя в переписке, что приходила на его имя, заказчики Пантюхина называли профессором, полагая, что такой солидный коллектив способен возглавить лишь человек с профессорским званием, никак не меньше. Ян Владимирович не стремился никого переубеждать: профессор так профессор…
 
Благополучие длилось примерно год. Заказов было хоть отбавляй. Ян Владимирович привозил зарплату сотрудникам лаборатории в чемоданчике, полном купюр. Тут же, на месте, раздавал денежные пачки, без всяких росписей и ведомостей. Закрывал чемоданчик: «Ну, работайте дальше», - и уезжал по своим делам.
 
В лаборатории работали несколько научных сотрудников с завода «Горизонт». На этом оборонном предприятии в советское время было очень хорошее КБ и мощная производственная база. Именно «горизонтовцы» и подвели процветавшую лабораторию под цугундер. Однажды они притащили с предприятия два каких-то радиотехнических блока: авось на что-то пригодятся. Но пропажу на заводе вычислили быстро. Блоки оказались секретными. Их поисками занялся комитет госбезопасности. Следы привели кагэбистов в скромный дом на Нариманова.
 
Комитетчики пришли в лабораторию рано утром, и застали женщину, которая убирала дом. Это была хозяйка, которую Пантюхин по совместительству взял в штат лаборатории уборщицей. Она сказала нежданным гостям, что из сотрудников никого нет, но скоро все будут. Когда комитетчики вошли вовнутрь, они обомлели от обилия аппаратуры. Искомые блоки с «Горизонта» нашлись тут же.
 
Грянул громкий скандал. И несдобровать было бы Пантюхину со всей его командой, не будь среди его сотрудников родственника одного из влиятельных людей области, по слухам одного из первых лиц в обкоме КПСС. Скандал замяли, возбужденное уголовное дело было прекращено. В итоге работники лаборатории отделались выговорами по партийной линии, за неуплату членских взносов с дополнительных заработков. А Пантюхину предложили побыстрее сворачивать свою лабораторию и мотать из Ростова куда дальше.
 
Ян Владимирович погрузил своим приборы на грузовик, и вскоре оказался в городе Грозном, в Чечено-Ингушском государственном университете. Этот вуз был основан сравнительно недавно и его ректор приезжал в Ростов, в надежде заманить к себе какие-нибудь научные кадры. Обещал хорошие условия работы и полную свободу действий.
- В то время Грозный был чудесным городом: светлым, просторным, красивым! И ни намека на межнациональную неприязнь! Нам создали замечательные условия, мы жили и работали в Грозном десять лет, - вспоминает Светлана Ивановна Коханая (тогда уже супруга Яна Владимировича).
 
В ЧИГУ Пантюхин воссоздает свою лабораторию, собирает новый творческий коллектив. Он бурлит новыми идеями. Часто, вычитав в научно-популярных журналах какую-либо идею, потрясал перед сотрудниками журналом: «В этом что-то есть, надо попробовать!» Он с увлечением искал публикации об экспериментах, проводившихся в США, которые якобы подтверждали наличие массы у человеческой души. Под умирающего подкладывали сверхчувствительные весы, и в момент смерти они фиксировали снижение веса тела. "Мы займемся этим недоказуемым явлением, и что-то с этого поимеем!» - такова была коронная фраза Яна Владимировича. Исследованиями в этом направлении занимался и московский институт медико-биологических проблем. Вполне вероятно он и стал заказчиком экспериментов по левитации в состоянии измененного сознания, которые были описаны в книге А. Горбовского.
 
В ЧИГУ Пантюхин продолжает и свои опыты с влиянием СВЧ-полей на организм человека. Он тесно сотрудничает с НИИ нейрокибернетики Ростовского госуниверситета, институтом физиологии имени И.П. Павлова Академии наук СССР, московским радиотехническим институтом АН СССР, другими советскими вузами. Я.В. Пантюхину принадлежит открытие нового явления: преобразования проникающего в организм потока энергии электрического поля СВЧ в механическую энергию - непроизвольное сокращение мышц. С этим изобретением он был номинирован от ЧИГУ в 1985 году на соискание Государственной премии СССР, но дальше выдвижения дело не пошло. Видимо, все же сказалось отсутствие у Яна Владимировича ученой степени.
 
Вернувшись в Ростов, Я.В. Пантюхин устраивается на должность главного инженера гидрохимического института, который располагался в «городке РГУ» на Западном жилом массиве. Свою лабораторию он привез назад из Грозного. Снял квартиру на первом этаже многоэтажного жилого дома на площади Дружинников. Набрал новый штат сотрудников. И продолжил свои опыты. Его лаборатория теперь называлась «СВЧ-Биотехника».
Помещение было достаточно просторным: оно состояло из двух совмещенных изолированных квартир. Один из двух туалетов был отдан под виварий, где разводили белых лабораторных крыс. В двух просторных гостиных стояли измерительные приборы. И аппарат «Вертикаль», на который Я.В. Пантюхин возлагал большие надежды.
 
Идея «Вертикали» состояла в том, что отраженный СВЧ-сигнал несет массу информации о состоянии человеческого организма: от температуры отдельных участков его тела, до возможных признаков заболеваний. «Вертикаль» - это закрепленные на штативах СВЧ-излучатели и принимающие датчики, а также приборы, расшифровывающие эту информацию, и самописцы. Человеку предлагалось постоять несколько минут абсолютно неподвижно на платформе между этими датчиками. Дело в том, что абсолютно неподвижным человеческое тело долго быть не может, и по характеру мини-движений, которые улавливаются СВЧ-полем, можно судить о состоянии его здоровья.
 
Пантюхин Ян ВладимировичПервоначально «Вертикаль» Пантюхин предложил РИИЖТу, испытать его в качестве прибора для обследования состояния машинистов перед выездом в дальние маршруты. Но железнодорожникам аппарат не приглянулся. И тогда Ян Владимирович решил взяться за проблему иначе: исследовать с помощью аппарата «Вертикаль» степень влияния на организм человека биоэнергии экстрасенсов, и заодно выявлять наличие экстрасенсорных способностей у колдунов, целителей и магов.
 
Идея была, что называется, в масть. В конце 80-х годов по телевидению ежедневно показывали Анатолия Кашпировского и Алана Чумака, «заряжающего» воду взглядом с телеэкрана. Они называли себя экстрасенсами. А что подтверждало их слова? Пантюхин же предложил очень простую методику.
 
Испытуемый становится под СВЧ-поля аппарата «Вертикаль». В неизвестный ему момент, из соседней комнаты через стену экстрасенс должен был любым образом повлиять на испытуемого. И это влияние обязательно должны были уловить чувствительные СВЧ-датчики, и зафиксировать самописцы. Пантюхин даже мечтал создать в Ростове научный центр по подготовке экстрасенсов и по их аттестации.
 
- У нас не было методики расшифровки таких сигналов, - говорит В.И. Мовчан, который также участвовал в разработке аппарата «Вертикаль». - Но никто до нас ничего подобного не делал. Ян Владимирович был уверен, что экстрасенсорное влияние, если оно есть, так или иначе, будет видно. 
Когда ученые настроили «Вертикаль», Пантюхин обещал привести «самого-самого» ростовского экстрасенса. Ждали несколько дней. Ни один экстрасенс в Ростове не откликнулся на предложение проверить свои способности в ходе научного эксперимента!
 
- Экстрасенсы просто наложили в штаны! Побоялись, что приборы ничего не покажут, - делает вывод В.И. Мовчан.
 
Одной из последних идей, над которой работал Я.В. Пантюхин - так называемая «пси-волна».
В одном из научных изданий Ян Владимирович прочел о том, что американские ученые якобы открыли новые электромагнитные волны, способные проходить через железобетон любой толщины, сквозь кору Земли, практически на любую глубину. Наши военные сразу стали в стойку: надо искать адекватный ответ!
- Настораживало то, что генераторы таких полей американцы вроде изобрели, а детектор еще никак. Спрашивается - а как же вы тогда измеряли способность поля проникать через железобетон? Но Ян Владимирович по-своему ловил и трактовал любую информацию. И он вывел заключение: это - пси-волна!
 
В математической теории электромагнитных полей, помимо электрической и магнитной составляющих, присутствует так называемая «пси-функция». Это чистой воды математика, которая позволяет оперировать с уравнениями Максвелла. Я.В. Пантюхин вывел свою собственную теорию о существовании «пси-волны». Она имеет совершенно особые свойства, у нее чрезвычайно высока проникающая способность.
 
На ее основании, по утверждению Яна Владимировича, можно создать совершенно новый принцип связи, неизвестный американцам. После ядерного взрыва, когда все наземные передатчики будут уничтожены, при помощи «пси-волны» можно будет передавать закодированную информацию в подземные бункеры, на пульты ядерных ракет.
 
Разумеется, в такой трактовке эта идея чрезвычайно понравилась нашим военным. В лабораторию «СВЧ-Биотехника» пожаловала высокая комиссия из десятка генералов. Они с уважением поглядели на груды приборов, внушавших уверенность, что в такой лаборатории просто не могут не поймать «пси-волну». Они попросили поработать над этой тематикой, обещав выделить средства.
 
Но уже наступили 90-е годы. Победила «перестройка», рухнул СССР, и окончательно упала советская наука. Исследования, которые проводил Ян Владимирович Пантюхин, стали никому не нужны. Хотя многие из его работ носили сугубо прикладной характер. К примеру - сушка СВЧ-полем древесины, травы, кирпича в промышленных масштабах. Обработка засахарившегося меда, с сохранением первоначальных его свойств. Оздоровление организма путем создания в СВЧ-поле условий высокогорной местности…
 
Последние годы жизни Ян Владимирович болел онкологическими заболеваниями. Видимо, работа с излучением, хотя и очень малым, не прошла бесследно…
А куда же девались результаты исследования Яна Владимировича Пантюхина?
 
- Он хранил свои документы на основной работе, в гидрохимическом институте, - говорит Светлана Ивановна Коханая. - Когда я пыталась забрать их оттуда, мне сказали, что в ходе перестройки все архивы института куда-то подевались. Все попытки найти их ни к чему не привели.
 
Вот о такой замечательной судьбе ростовского исследователя удалось нам узнать. Может ли кто-то из сегодняшних ученых повторить опыты, которые проводил Ян Владимирович Пантюхин?
 
Александр ОЛЕНЕВ ("Вечерний Ростов", 25.01.2007).
Рекомендуем: 
Рекомендуем
Было интересно? Скажите спасибо, нажав на кнопку "Поделиться" и расскажите друзьям:

Количество просмотров: 1913



Вход на сайт

Случайное фото

Начать худеть

7 уроков стройности
от Людмилы Симиненко

Получите бесплатный курс на свой e-mail