Радостная ошибка (язь)

А А А
 
 
Когда по приглашению деда Спири приехал я к нему порыбачить в Островной, где он сторожил огороды школы-интерната, то неожиданно получил от ворот поворот:
- Не могу, сынок, нонче твоим баловством заниматься. Пчелы вот отроились, еле с куста снял. Теперь им улик надо подобрать для новоселья... А ты сам поезжай. Лодка там, внизу, промеж ольх стоит. Жито пареное в сторожке возьми. Плыви к Старому саду по протоке. Увидишь кулигу жёлтых кувшинок - греби дальше, до самой россыпи белых лилий. За ними подвернёшь к мыску и бросай якорёк... Вчерась там от краснопёрки отмаху не было, спытай и ты счастье...
 
Пока я собирался, переодевался да вычерпывал из лодки воду, с лысых задонских гор поползли низкие тучи и закрыли солнце, по над берегом потянуло сыростью и прохладой. Однако я все же отправился на рыбалку. Поскрипывали в уключинах весла, плавно входя в зеленоватую воду, лодка скользила легко... Пора бы уже и жёлтым кувшинкам быть, - но их нет. А где же белые лилии? И их не видать... Правлю к острову, лодка с шорохом наполовину вползла в камыши. Обхожусь без якоря. Забросил поплавочную удочку с красным навозным червячком на крючке поближе к распластавшимся на поверхности сердцевидным листьям кувшинок, кинул пригоршню-другую привады, поклёвки ни одной.
 
В вершинах верб прошелестел лёгкий ветерок, и в лодку упали какие-то серенькие букашки с белыми крапинками на спинках. Подобрал парочку «парашютистов» - и на крючок. Забросил подальше, стал ждать. Минут через пять поплавок задёргался, успокоился, снова задрожал и рванулся в сторону...
 
За ужином я возбуждённо рассказывал Спире об удачной рыбалке, порывался даже сбегать к озеру и принести показать улов, который для сохранности оставил в садке, а сторож будто и не интересовался моими трофеями, все время сворачивал разговор на пчёл, которых ему удалось не проворонить и посадить в новый улей.
 
Язь...С зарей я вновь вскочил в лодку, надеясь по Спириным приметам все же отыскать краснопёрок. На озёрной глади все отражалось. как на ладони, не было только ни кувшинок, ни лилий. Пришлось снова загонять лодку в камыши и пытать счастье на вчерашнем месте. Выловил десятка полтора плотвичек в полладошки, парочку подлещиков. Когда солнце изрядно прогрело все вокруг, клёв совсем прекратился. Потихоньку поплыл прежним путём к старым ольхам, предвкушая запах ухи, которую непременно варит дед Спиря. Глянул вокруг - и глазам своим не поверил: прямо перед лодкой подрагивали от лёгкой волны огромные белые лилии, а чуть дальше жёлтым пламенем сверкали кувшинки... Вот чудеса в решете. Как же я их вчера-то и нынче на заре не приметил? Выходит, прав был дед Спиря?.
 
- Твои приметы, Спиридон Захарович, - кинув на траву свежий улов, пожаловался я, - вчера вечером и по утренней заре как в воду канули...
- Почему же «как»? - улыбнулся сторож. - Они на ночь и в самом деле уходят под воду. Закрываются и прячутся. Переспят под водой, а только солнышко пригреет - они тут как тут. Никакой ошибки нет. Казус у тебя случился другом. Ты вчера за ужином похвалялся голавлями и крупной плотвой. Вот тут у тебя ошибочка вышла. Но скажу тебе: очень даже радостная ошибка!
 
Я нe понял, куда клонит Спиря, пока он не положил на траву три рыбины.
 
- Вот, полюбуйся: ни одного голавля среди них нет. Вот это - серушка. Мало схожа с голавлем, больше смахивает на краснопёрку. Это - самая настоящая плотва, одна единственная во всем садке. Остальное - язи! Язь, брат ты мой, осторожная, ловкая и сильная рыба. Редкая удача... Лично я уже не припомню, когда доводилось ловить. Да ты не думай, что оконфузился: опытный рыбак и тот не всегда отличит язя от плотвы или голавля. Вот, видишь, по сравнению с плотвой, у язя более мелкая чешуя, глаза с зеленовато-жёлтой радужиной. Против голавля он выше телом, по-другому окрашены плавники...
 
Так мне был преподнесён ещё один урок. Позже я уже не путал язя ни с какой другой рыбой, хотя ловить его случалось очень и очень редко.
 
Язь растёт быстро. Нерестится весной и в это время очень красив: приобретает металлический блеск, жаберные крышки и голова кажутся прямо-таки золотыми, окраска плавников становится более яркой. Молодые язи питаются планктоном и водорослями, а взрослые - растительностью, моллюсками, падающими в воду насекомыми. У нас на Дону это уже редкая рыба, а вот в Сибири в одну из командировок я был просто потрясён невероятной активностью клёва язей. Местные жители сказали, что у них есть озера с таким количеством этой рыбы, что их зовут не иначе как язевые.
 
Язь населяет водоёмы Сибири до самой Колымы. На Чукотке, под Анадырем, пилот вертолёта, с которым мы летали по газетным делам в Певек, угостил нас с фотокорреспондентом Николаем Симоновым вялеными рыбками. Они были так вкусны, что мы, только уже когда косточки обсмаковали, спросили, что это за рыба.
- С Колымы коллеги прислали, - ответил пилот.- Там такие мастера, что и черепаху завялят, жаль, что она там не водится. А это - самый обыкновенный язь. Вяленый язь.
 
На Дону я ничего подобною не ел: у нас и в голову никому не придёт возиться с такой мелочью, солить её, вялить... А стоит!
 
...Как-то летом был в Вёшенской, расспрашивал земляков о рыбе. Вдруг сердце ёкнуло: конопатый мальчишка гордо шёл по понтонному мосту с низкой рыб, и среди улова я узнал двух язей! Жив, курилка, жив!
 
Язь
 
Из книги: Георгий Губанов. В глубинах и на отмелях. Ростов-на-Дону, 2012.
 
Было интересно? Скажите спасибо, нажав на кнопку "Поделиться" и расскажите друзьям:

Количество просмотров: 514



Вход на сайт

Случайное фото

Начать худеть

7 уроков стройности
от Людмилы Симиненко

Получите бесплатный курс на свой e-mail