Сергей Ничипорюк. Истории военных лет

А А А

 

440-й АРТИЛЛЕРИЙСКИЙ
 
Крупные капли воды ложились на пилотки, гимнастёрки, серьёзные лица красноармейцев. Летним утром сорок первого года выходил из ворот части личный состав 440 артиллерийского полка. У ворот стоял мужчина и обильно окроплял водой командиров и бойцов.
Маленький Эдик Тучков не понимал, что этот взрослый бородатый человек делает с водой, говоря непонятные для советского ребёнка слова. Почему папа Эдика – командир полка, не остановит эти действия. Комиссар полка Василий Тучков и сам был в каплях воды.
 
Много лет спустя, вспоминая, как шли ростовские артиллеристы на погрузку в составы, Эдуард Тучков спросил у отца-фронтовика, что это было.
Оказалось, что к воинской части пришёл священник. Пришёл проводить отцов на Священную войну – Великую отечественную. Не буду придумывать, что позвал его комиссар полка. Но факт окропления свят ой водой и молитвы вспоминали ветераны. И другой факт – ростовский полк, пройдя войну, почти полностью сохранил личный состав. Сохранился один из немногих артполков, сформированных в первые дни войны. Совпадение? Провидение? Вера? Решите сами.
Сейчас на площади Народного ополчения высится храм Александра Невского. Он стоит на том месте. Где неизвестный священник проводил на бой праведный ростовских артиллеристов.
 
Историю полка собрал сын комиссара, Эдуард Васильевич Тучков. Встречался с фронтовыми друзьями отца. Читал мемуары советских маршалов и генералов. Читал воспоминания их противников. Собственные впечатления тоже легли в книгу. В конце войны, в Восточной Пруссии, ставшей Калининградской областью, был Эдуард Тучков в этой части. Тогда часть стала гвардейской бригадой.
Гвардейский полк стал Первым. Получили гвардейское звание, а недавно введённое знамя и гвардейские знаки первыми. А первые знаки вручали лучшим бойцам – почти как боевые награды. Были впереди…
 
А тогда, июльским утром сорок первого года, шли бойцы грузиться в эшелон на станцию Ростов-Товарная Северо-Кавказской железной дороги. Шли рано утром, в половине пятого. Через шестьдесят пять лет именно в это время будет просыпаться Эдуард Тучков, создавая рукопись истории полка. Рукопись ждёт издания.
 
Шли бойцы Ростовского института инженеров железнодорожного транспорта. Тогда находился он далеко за городом. Вела в город дорога, та, что стала улицей Шеболдаева.
Большинство бойцов и командиров полка были студентами и сотрудниками института. Командиры проходили ежегодно сборы, изучали матчасть, учили теорию, стреляли из орудий, бегали на тактические занятия. Знали – знания пригодятся. Вскоре пригодились. Полк прибыл в Гороховецкие лагеря. Получили пушки-гаубицы на механизированной тяге. Была ещё конная тяга, как во времена Ивана Грозного. А нашим землякам повезло – тракторные тягачи.
 
Орудия, правда, были не самые молодые и современные. Гаубицы образца ещё Царской Армии России. А их взяли и скопировали с орудий века девятнадцатого. Стояли такие на вооружении во Франции. Служили для осады крепостей. Снаряд огромный – калибр 152 мм. Вес каждого – полцентнера.. Тяжеловат, но и разрушений для противника поболее, чем от лёгких сорокапяток.
Срочно занялись переобучением личного состава. Готовили серьёзно. Любой боец должен заменить товарища. Про наводчиков и командиров и говорить нечего. Даже санитарки и связисты могли самостоятельно вести прицельный огонь. Позднее, потеряв несколько орудий из-за гибели водителей, за сутки выучили управлению трактором всех командиров – от отделения и выше. Эти знания выручат полк не один раз.
 
Боевой путь, начатый в Ростове-на-Дону, завершился в Кенигсберге. В крепости, считавшейся неприступной, рассчитывали на несколько месяцев обороны. Ростовчане внесли в расчёты противника свои поправочные коэффициенты. Часть гаубиц била прямой наводкой, а остальные, как положено по науке, вели огонь по навесной. Гарнизон противника капитулировал за неделю.
 
ГОРОД ПЕРВОЙ ПОБЕДЫ НАД ФАШИЗМОМ
 
По улицам шли солдаты. Звякали под сапогами гильзы от винтовок и автоматов. Дымились развалины. Цокали подбойки каблуков по булыжникам улиц освобождённого Ростова-на-Дону. Первого города в Европе, освобождённого от войск вермахта. Было двадцать девятое ноября сорок первого года…
Шла «зачистка». Проверяли бойцы места, где мог укрыться враг. Осматривали здания и подвалы, переулки и чердаки. Могли и гранату кинуть для проверки.
 
Подвалы были почти в каждом доме. В многоэтажных, где топили углём, были люки – их ещё можно застать в исторической части донской столицы. В люки загружали уголь для кочегарок. А во время бомбёжек и артобстрелов прятались жители дома.
Кто-то хоронился в щели. Это узкая траншея спасала от осколков, но при прямом или близком попадании бомбы или снаряда, слово «хорониться» приобретало смысл зловещий.
 
В тёмном душном подвале старики, женщины и дети. Удобств - никаких. Сидели долго. Дух тяжёлый.
Внезапно потянуло свежим воздухом. Створки деревянные раскрылись. В лучах солнца глаза сидящих различили две фигуры.
- Есть кто-нибудь, - крикнул один из солдат. Не получив ответа, добавил: - сейчас гранату кину.
- Коленька, родной, это мы здесь! – внезапно закричала женщина, прижимавшая к себе мальчика и девочку.
Такую вот историю рассказал самый младший из участников, сын бойца, освободившего Ростов-на-Дону.
 
Город сдали без приказа. Правда, без приказа отбили у врага. Ростов-на-Дону и Тихвин освободили до начала контрнаступления под Москвой. Но городом-героем Ростов-на-Дону не стал. Стал городом воинской славы.
 
Как-то забылось что Клементина Черчилль посещая Советский Союз, попросила включить в её маршрут и город первой победы над нашим общим врагом. И подарила городу целый госпиталь – с оборудованием, машинами скорой помощи, пижамами и кроватями. Их ещё застало старшее поколение ростовчан. Сейчас эта больница имени Семашко. Ничего не напоминает о дарительнице. Нет даже скромной таблички на корпусе или на здании гостиницы, где жила леди Черчилль.
 
Первая танковая армия генерала Э. фон Клейста была отброшена от «ворот Кавказа» на шестьдесят километров. До Таганского плацдарма, ставшего в истории Миус-фронтом. Около тридцати танков остановила батарея Оганова и замполита Вавилова. Обороняли город и бойцы народного ополчения.
Уходя, войска, уничтожали запасы. Не оставляли их врагу. Текло по улице Чехова, бывшем Малом проспекте, подсолнечное масло. По проспекту Кировскому, более известному как Богатяновский, лилось вино. Кто мог – запасался. Горели крупные склады. А мелкие склады потребкооперации развозили по своим домам грузовые извозчики – драгали.
 
Неделю успели поустанавливать «новый порядок». Началась регистрация. Вызывали семьи командиров и партийных работников, цыган и евреев, добровольцев для работы. Кого-то отправляли в «тысячелетний рейх», кого-то – в Змиёвскую балку. Комендантом ростовского порта стал старший лейтенант царского флота, надевший погоны обер-лейтенанта Роберт Эдуардович фон Вирен. Он ещё в 1904 году закончил Морской корпус в Санкт-Петербурге. Был он племянником адмирала фон Вирена, убитого во время революции в Кронштадте.
 
Но уже выходили через Султан-Салы на западную окраину Ростова-на-Дону части 37-й армии. Через большие Салы шли на город бойцы 9-й армии. С трёх направлений двигалась на город Отдельная 56-я армия. Отход фашистов к Таганрогу был отрезан. У Синявской их поджидали неклиновские партизаны и отряд водных заграждений под командованием Цезаря Куникова.
 
Врага не оттесняли – захватчиков уничтожали.
 
 
© Сергей Ничипорюк.
 
Было интересно? Скажите спасибо, нажав на кнопку "Поделиться" и расскажите друзьям:

Количество просмотров: 1471



Вход на сайт

Случайное фото

Начать худеть

7 уроков стройности
от Людмилы Симиненко

Получите бесплатный курс на свой e-mail